Обычные девушки писали кипяточком от него, но Эльвире он не нравился из-за роста. Уж больно низкий. А так вродьниче.
— Эля, пойми, — уговаривала ее бабушка, — длинные то долго не живут. Они же от земли высоко, голова в облаках. Их мать земля не питает. А невысокие всегда здоровее и живут дольше. Лешка то уж больно тебя любит, соглашайся за него замуж. Стерпится — слюбится.
Полгода Эля мучала Лешу. Мариновала. То да, то нет. То хочу, то не знаю. Лешка весь извелся, эти эмоциональные качели так изматывали, но и не отпускали. Эльвира со своим неврозом тоже справиться толком не могла. В итоге, согласилась выйти замуж, только чтобы все отстали. В конце концов, всегда можно и развестись.
Я забыла еще рассказать, что у Эльвиры был план: она должна была родить трех детей до 30 лет. Почему именно так, никто не знал, да и сама Эля тоже не знала, но вот так. В общем, время поджимало.
Идеального мужчины в жизни все равно так и не случилось, поэтому ну ладно уж, пусть будет Леша, чего уж теперь. Тем более, все говорят, что он хороший человек. Заботливый. Любящий. Уговорили.
Эля вышла за Лешу. Все получили то, о чем мечтали. Эльвира — свадьбу мечты (хоть и без мужа мечты), Леша — девушку из фантазий, родственники — спокойную совесть (пристроили девку в хорошие руки, и слава богу).
Все вокруг умилялись, радовались за них, счастье витало в воздухе, все было хорошо.
***
Как по заказу, в паре начали рождаться дети. Один за другим. Раз. Два. Три. А потом, чтоб закрепить успех, Леша еще собаку завел, чтоб совсем семья полной была. А то ж какая семья без собаки? Переехали за город, стали жить в большом доме.
Эльвире исполнилось 30. Она чувствовала, что план выполнен, какой-то кармический долг отдан, и вскоре ее жизнь может поменяться кардинально.
Смутные чувства ее одолевали. Вроде облегчения вперемешку с тоской. Вы знали, что в остальных языках мира нет синонимов к слову тоска? Это только русское чувство. У других народов есть грусть, печаль, но тоска только наша.
В это же самое время по соседству начал строиться новый дом. Симпатичный мужчина без рубашки целыми днями ходил и сверкал своими сосочками, вызывая неконтролируемое слюноотделение у Эльвиры. Она постоянно спотыкалась взглядом о его фигуру, которая все время маячила на улице.
Да, это был он самый. Мужчина из мечты. Высокий. Статный. Сильный. Умный. И немного наивный, как ребенок, чтобы с ним было легко и надежно. Добрый. Начитанный. Чтобы все знал, но не умничал. Ну, Эльвира была с ним не знакома, поэтому она в своем воображении дорисовала сама ему и характер, и голос, и даже запах придумала.
Знаете, а так часто бывает, когда у женщины не было страсти в юности. Когда не было вот этого искра-буря-безумие-умрисомной, тогда к 30 годам этого ужас, как хочется.
Чтобы она такая бежала и волосы такие назад, а он такой за ней и такой кричал:
— Не уходииии, я без тебя умруууу!
А она в ответ:
— Слишком поздно!
И все страдают, конечно.
Короче, этой сериальной драмы многим девкам, удачно вышедшим замуж, не хватает. Эльвире тоже не хватало, и она не придумала ничего лучше, как влюбиться в соседа. Ну, вернее, в тот образ, который она сама себе же и придумала.
Эльвира начала днем и ночью думать о своем соседе. Она ничего о нем не знала и не собиралась изменять мужу, но стала замкнутой, тихой и закрытой. Витала где-то там в облаках.
— Что с тобой? — спрашивал Леша, гладя жену по плечам, — ты какая-то задумчивая. Устала?
— Да, я пойду, полежу, отдохну.
Однажды Леша увидел, как Эля пялится на соседа, и ему это совсем не понравилось. В его мозгу моментально нарисовались сцены измен, голая Эля и голый сосед. Вечером Леша не выдержал и начал давить на жену, чтобы она призналась во всех грехах.
— Что у тебя с ним? — еле сдерживая гнев спросил Леша.
— С кем? — Эля даже вздрогнула от неожиданности.
— С этим, с участка напротив. Я видел сегодня, как ты на него пялилась! У вас роман? Влюбилась в него? Да? — Леша почти орал.
— Леш, ты чего? Я тебе не изменяю. Не кричи, детей разбудишь.
Лешка сел, схватился руками за голову и немного постонал.
— Ты отдаляешься от меня, Эля. Что происходит? Я больше не чувствую, что нужен тебе. Ты стала холодной и отрешенной. Ходишь по дому, как привидение. Ты больна? Скажи мне!
Он посмотрел на нее выжидающе.
— Прости, Леш, — Эля теребила край халата. — Я не изменяю тебе, но и жить, как раньше, не могу. Прости. Я сама не знаю. Господи, как все трудно.
Эля заплакала и ушла в ванну.
— Я не понимаю, почему? Все же было хорошо. Я сделал что-то не так? Объясни мне, пожалуйста!