Проснувшийся Нортхэм восхищенно разглядывал ее. В свете пламени тонкая сорочка Элизабет просвечивала, обрисовывая контуры стройных ног, округлости бедер, тонкую талию и изящную линию спины.
Она повернулась и перехватила его взгляд. Норт даже не пытался изобразить раскаяние. Он протянул руку, и она тотчас подошла к нему. Спешка сделала ее хромоту более заметной. Вложив пальцы в его ладонь, она присела на краешек постели.
– Ты проснулся. - Элизабет слегка покраснела, сознавая нелепость этого замечания. - Принесли завтрак. - Похоже, она не способна удержаться от того, чтобы не говорить очевидные вещи. - Прикажете обслужить вас, милорд?
– Угу. - Он выпустил ее руку и обхватил ладонью ее затылок. - И что ты предлагаешь?
Ее рот был свеж и сладок. Норт неспешно покусывал ее губы, прежде чем атаковать их со всей страстью. Элизабет издала тихий возглас, когда он притянул ее на постель. Блюда на подносе, стоявшем в ногах кровати, откликнулись тревожным звоном, но ни Норт, ни Элизабет не обратили на это внимания. Когда они наконец оторвались друг от друга, оба с трудом смогли отдышаться.
Она никогда не думала, что может получать такое наслаждение. И не потому, что Норт разрушил ее защитные барьеры. По правде говоря, перед ним она всегда была беззащитна. Существует ли что-то такое, чего она не смогла бы ему позволить? Едва ли.
Повернув голову к камину, Элизабет увидела свое платье, аккуратно переброшенное через спинку единственного стула, как раз там, где она и ожидала его увидеть. Улыбнувшись, она зарылась пальцами в шелковистые волосы у него на затылке.
– Ты раздел меня прошлой ночью, - прошептала она. Нортхэм кивнул и что-то неразборчиво пробормотал, прижавшись губами к ее ключице. - Ты собираешься заканчивать то, что начал?
От его хриплого рычания по коже ее побежали мурашки. Элизабет порадовалась серой пелене тумана за окном. Незачем ему видеть, как она пылает. Достаточно того, что он ощущает ее жар.
Нога Норта задела поднос с завтраком. Крышка на блюде с поджаренной ветчиной соскользнула, и восхитительный аромат заставил желудок Норта отозваться громким урчанием.
Рассмеявшись, Элизабет просунула руку между их телами.
– Какой голод ты хотел бы утолить в первую очередь? О Боже, ему придется выбирать между едой и любовью. Норт поспешно сел, схватил поднос, пока тот не соскользнул с кровати, и поставил его на пол. Затем, вдохнув острый аромат ветчины, решительно закрыл крышку и снова улегся.
– Как я понимаю, ты сделал свой выбор? - уточнила Элизабет, выгнув брови.
– Я бы не сказал, что он у меня был.
– Мне не нравится, что моей соперницей оказалась жареная хрюшка.
– Ты что, хочешь есть?
– Элизабет села на кровати.
– А как ты думаешь?
Норт не позволил ей уйти дальше чем на край постели. Схватив Элизабет за плечи, он опрокинул ее на спину, придавил ее ноги своим мощным бедром, а руки завел за голову, удерживая за запястья.
– Позже! - прорычал он, уткнувшись носом в ее шею. - Если я могу, подождать, значит, и ты тоже можешь.
– Тогда поторопись.
Он прикусил зубами ее кожу.
– Ты этого не хочешь.
Элизабет обнаружила, что он опять прав. Норт овладел ею медленно, продлевая каждое ощущение, заставляя ее балансировать на узкой грани между наслаждением и болью.
Он быстро избавил ее от сорочки, сдернув ее через голову и бросив на пол. Спустя мгновение туда же последовала его ночная рубашка. Когда Элизабет попыталась прикрыться, он вырвал простыню у нее из рук. Он ласкал ее руками и, когда она была готова разрыдаться от напряжения, воспользовался губами.
Временами его прикосновения становились дерзкими, даже грубоватыми, но на Элизабет они произвели гораздо более возбуждающее действие, чем обычные ласки. Она нетерпеливо выгибалась под ним, вытягиваясь и упираясь пятками в матрас.
– Пожалуйста, - попросила она.
Норту понадобилась вся его сила воли, чтобы не откликнуться на ее зов. Он хотел этого не меньше, чем она, но момент еще не наступил.
– Что-что? - спросил он с дразнящими нотками в голосе.
– Пожалуйста.
– Не понял?
Элизабет всхлипнула, выгибаясь под ним. Чего он хочет? Чтобы она призналась ему в любви? Она никогда этого не скажет. Никогда!
– Посмотри на меня, Элизабет.
Она повернула голову и подняла на него затуманенный взгляд.
Норт поцеловал ее, медленно и нежно, и она раздвинула губы, чтобы впустить его язык. Затем, устроившись между ее бедрами, он хрипло выдохнул:
– Произнеси мое имя.
Элизабет не сразу уловила смысл его слов, а когда поняла, чего он хочет, чуть не выкрикнула его имя, так велико было облегчение.
– Норт! - Сомкнув пальцы на его затылке, она притянула его ближе. - Норт, - уже мягче повторила она, касаясь его губ. - Брендан. - Это была последняя уступка, когда он вонзился в нее.
Она достигла освобождения, как только он начал двигаться, а когда он закончил, достигла его во второй раз, шумно и восторженно, не ограничивая свою страсть никакими условностями, предоставив Норту заглушать ее крики, чего он, откровенно говоря, не имел ни малейшего желания делать.
Они долго лежали, не в силах пошевелиться. Их переплетенные тела блестели от пота. Когда Норт наконец захотел отодвинуться, Элизабет остановила его, покачав головой.
– Еще немного, - шепнула она.
Для Норта это было в новинку - оставаться соединенными после занятий любовью. Иногда он сам спешил выбраться из постели, иногда этого желала его партнерша. Расставаясь с очередной пассией, Нортхэм готов был побиться об заклад, что ей не терпится ринуться в ванную и смыть с себя пот и все следы любовных утех. Но с Элизабет он не испытывал потребности поскорее уйти. И похоже, с ней происходило то же самое.
– Перестань! - прорычал он, когда она снова обвилась вокруг него.
– Я ничего не делаю. - В ответ на его скептический взгляд она лениво улыбнулась. - Во всяком случае, не нарочно. Это иногда случается. Вот как сейчас. Я не могу ничего поделать. Просто мое тело не хочет тебя отпускать.
Норт нежно ее поцеловал.
Желудок Элизабет выбрал именно этот момент, чтобы недовольно заурчать.
– Однако, миледи, у вас действительно разыгрался аппетит, - хмыкнул Норт.
Она вздохнула:
– Пожалуй. - Теперь она не стала возражать, когда он отстранился от нее и сел. Пока Норт поднимал с пола поднос и пристраивал его на кровати, Элизабет натянула на себя сорочку. Просунув голову в вырез, она обнаружила, что он наблюдает за ней с разочарованным видом. - Я не привыкла завтракать голой, - непреклонно заявила она, однако ее черты смягчились, когда он изобразил на лице жалобную гримасу. - А тем более сегодня.
Он ухмыльнулся:
– Ну что ж, придется потерпеть до завтра.
– Клоун.
– Возможно. Дай мне мою рубашку.
Смеясь, Элизабет скомкала его ночное одеяние и запустила им в голову Норта. Он быстро натянул его, и они с жадностью набросились на еду.
– Я подумала, - задумчиво проговорила Элизабет, взяв с тарелки очередной ломтик поджаристой, хотя и успевшей остыть ветчины, - что, пожалуй, не стоит говорить моему отцу о присутствии полковника на нашей свадьбе.
– Да?
Неопределенный ответ Нортхэма заставил Элизабет пояснить:
– Дело в том, что они недолюбливают друг друга. Отец будет недоволен, и это может осложнить наш визит.
– Тогда я не стану упоминать об этом.
– Спасибо. - Встретив пристальный взгляд Норта, Элизабет поняла, что ей не удалось скрыть от него свое облегчение. - В чем дело? - спросила она.
– Ты ведь вообще не хотела, чтобы полковник был на нашей свадьбе, верно?
Элизабет удивила не столько его проницательность, сколько то, что он решился задать ей этот вопрос. - Да, не хотела, - сказала она после секундной заминки, положив на тарелку недоеденный кусочек. - Но не по той причине, о которой ты подумал.