У той тоже растерянность на лице и легкое недовольство.
— Госпожа Леонова, пойдемте, — поторапливает меня вторая стюардесса.
Сафин, черт...! Это такая тонкая месть?!
Если да, то она удалась — так меня показательно выделить перед непосредственной начальницей.
Боже, как же унизительно...!
Чувствую, как от гнева давление подскакивает, грозя вылететь паром из ушей. Колеблюсь, бесясь. Но не ругаться же с бортпроводницами прямо в проходе самолета?!
Бросив извиняющийся взгляд на Абрамову, следую за стюардессой в бизнес класс.
И застываю как вкопанная, когда меня подводят к двум широким креслам, в одном из которых сидит улыбающийся сытым котом Шолохов Гордей.