— А дети, как же наши дети? — я чуть не плакала.
Да что же это такое? Ну что этот гад такого натворил, а?
— Я позабочусь о них, не беспокойся. Впрочем, раньше тебя это мало волновало.
— Да нет же, ну, пожалуйста, дай мне шанс, — взмолилась я, но кошка лишь мотнула головой.
Я понуро смотрела ей вслед, когда она, развернувшись, уходила, не зная, что предпринять, чтобы заставить ее одуматься, но в голову как назло ничего не лезло.
В какой-то момент кошка обернулась и лукаво улыбнулась:
— Кстати, я рада за тебя. Правда. Мне кажется она очень милая, твоя новая хозяйка.
— Да, ага, спасибо. Я передам ей, — я чуть не заплакала.
Ну и что я теперь скажу Барсику?
Барсик
— Что ты с делала?! — я почти кричал на нее.
Нет, я все понимаю, но какое право она имела разговаривать с моей женщиной от моего имени?!
Да что она понимает?!
Да она же еще больше все испортила!
Ну Яся!!! Ну бестючка недоученная!!!
А она главное так смотрит на меня виновато. Глазки выпучила, покраснела вся как рак. Да ну ее.
И угораздило ее разбить эссенцию глюкомина. Повезло еще, что в подвале мышей и другой живности нет, а то бы превратились в кого-нибудь из них, и пиши-пропало.
Мы только что обернулись каждый в свое тело, и я, между прочим, ничего такого себе не позволял. Максимум что — это коробку конфет съел в ее стройненьком теле. Но это же мелочь, правда?
Ярослава
— Что?! Что ты съел? Сколько-о?!
Ну гад! И он главное такими глазками на меня смотрит, прям сама невинность.
— Ну ты же сама вон как ела, ни в чем себе не отказывала, — обиженно прошептал кот.
— Так-то я! И я голодна я была. И вообще, я от тех калорий хоть удовольствие испытала. А здесь что? Зазря набранные килограммы, — горестно вздохнула я.
— Ладно вам ссориться, пойдемте лучше обедать, — примирительно позвала нас Гиля.
Барсик, все еще насупленный, нехотя поднялся с любимого места с дивана и поплелся на кухню. Ну меня тоже уговаривать долго не надо. Есть хочу зверски.
Ох… бабушка как всегда расстаралась. Мне даже неудобно стало, что я никак не помогаю в готовке, о чем я тут же и сообщила. Но Гиля лишь рукой на меня махнула, и правильно сделала, потому что повар из меня не то чтобы никакой, а совсем плохой.
Начать трапезу я решила с густого наваристого томатного супа, украшенного веточкой петрушки. Съела немного, чтобы оставить место для утки в сливочном соусе и воздушного пралине со взбитыми сливками.
Ммм… моя любимая фигура, прощай и прости. Мы столько лет жили душа в душу, но я просто не смогу больше тебя поддерживать, потому что это все сильнее меня. Ощущение такое, что обедаю в лучших ресторанах судя по блюдам и их разнообразию.
Поев, окончательно расслабилась и вот тут-то кое-что вспомнила. А именно свои приключения в облике кота и осторожно поинтересовалась, отчего у меня иногда вполне так проскальзывали кошачьи инстинкты.
Кот, как услышал это, даже вроде как пятнами красными весь пошел. Да мне самой стыдно… ну пра-а-вда.
— Это вам повезло, что я не уехала куда. Неужели ты думала, что такие преображения бесследно проходят? Запомни, чем дольше ты находишься в чужом теле, тем больше перенимаешь его поведение, привычки и инстинкты, и даже образ мыслей, — наставительно произнесла бабушка.
— То есть если очень надолго зависнуть так, то можно вообще превратиться в кота? — в ужасе я застыла с очередной ложкой десерта у рта.
— Именно.
— Кошмар какой!
— Вот поэтому без меня пока в подвал ни ногой, имей ввиду. А тебя, — она обернулась к Барсику, — вообще пороть надо.
Кот насуплено отвернулся, впрочем, видимо все же осознавая свою вину. Не уследил, да мало того, еще и спровоцировал перевоплощение.
— Ладно уж, сегодня даю время гулять, но завтра начнем учиться. Итак двадцать пять лет псу под хвост, — заворчала моя старушка.
Я согласно закивала.
После сытного обеда и утренних приключений захотелось вздремнуть немного, что я собственно и сделала.
Эх, живу как в отпуске. Знай себе ешь, да спишь — красота…
Проснулась я от того, что кто-то методично стучал мне по лбу чем-то мягким, но от этого не более приятным, чем если бы мне стучали чем-то твердым.
Блин! Вообще стучать кому-то чем-либо по лбу не надо.
В принципе.
Еще не открыв глаза я схватила этот молоток и… кто-то отчаянно взвизгнул рядом с моим ухом. Барсик в испуге таращил глаза и пытался хоть что-то понять спросонок.
— Ага! Попался!
Лапу я ему все-таки отдала, но кот еще какое-то время обиженно дулся и не разговаривал со мной.