Я, перебив кота, хмыкнула. Кто бы говорил.
— А что сразу за намеки? Я однолюб, между прочим, остальное клевета!
— Все нормально, брат. Продолжай, — маг похлопал Барсика по плечу и кот, видя мужскую поддержку, не стал артачиться дальше и поведал нам, наконец, эту душещипательную историю. Которую я вам вкратце перескажу. Потому что Барсик ее растянул на добрых полчаса, раскрашивая ненужными подробностями.
В общем бабушка не разделяла взглядов и убеждений своего фамильяра, который не только оприходовал всех кошек в городе, но еще и сильно проигрался в карты, попутно наделав долгов. Бабушка с позором кота выгнала, а тот, сильно обидевшись, ушел куда глаза глядят. Со временем Гиле стало казаться, что это ее вина, что кот вырос таким разбалованным, и вообще, она, мол, ничего не сделала для спасения его души. И вот она уже хотела начать его розыски, когда узнала о моем существовании. Естественно, пришлось отложить поиски кота на время, чтобы вплотную заняться моими. Когда со мной все стало более-менее улажено, Гильотина, наконец, нашла время на своего фамильяра. Хотя разыскать его оказалось не так-то просто. Но бабушка у меня человек упертый и всегда доводит начатое до конца. Оказалось, что Барон давно оставил мирскую суету, увлекся пофигизмом и сейчас пребывает в нирване в одном из храмов бога Пофига в Шамбале. Бабуля, сбагрив меня по новому месту прописки, спокойно отправилась в путешествие, не подозревая, что там, в городе бога Пофига, она нежданно-негаданно встретит свою судьбу.
Когда кот нам все это поведал, кажется, у нас с Вэлом, у обоих отвисли челюсти.
— Короче говоря, бабушка наша замуж вышла. Вот. И укатила в свадебное путешествие. Сказала, что как приедет, сразу отметим сие великое событие.
Офигеть…
Вэлимир
Вот честно, мне уже становится жалко мелкую вредину. Ну сами посудите. То ей один маг палки в колеса вставляет. Да-да, это я про себя, если кто не понял. Я вообще-то умею признавать ошибки, и уж точно я не какая-то высокомерная свинья. Прям точно нет.
Но вернемся к нашей мелкой бестии. Так вот, то маг мешает жить со своим предложением и крысиными хвостами, то нечисть в дом ломится. Потом какие-то странные люди её бить приходят, затем в жандармерию забирают. Теперь вот еще и бабушка выкрутасы устраивает. Это же с ума сойти можно, почище моей семейки веселуха.
— Это что же, у меня теперь и дедушка появился?! — Яська недобро прищурилась и обвела всех подозрительным взглядом.
А мы-то что, ну мы-то здесь при чем? Блин, и почему у Лихачевой все время я виноват? И иногда еще кот. Но я чаще. Как-будто это я на ее бабушке женился. И вообще…
— И вообще… Я все понимаю, но мы вроде нечисть хотели спасать? — тихонько пролепетал я, на всякий случай прячась за изъеденную молью портьеру.
Ох, чую, зря я это сказал. Надо было сидеть себе и не отсвечивать, авось пронесло бы.
— Спасать? Нечисть? Ах, он нечисть собрался спасать. Спасатель фигов. Вы посмотрите на него…
Все тут же посмотрели на меня.
— Вчера еще он их всех поубивать хотел — этих несчастных полудохлых, а сегодня он их спасать идет. С чего такая щедрость, а, недомаг?
Так. Это она зря. Шутки шутками, но оскорбления я сносить не собираюсь.
Я встал, кивнул на прощание коту, и, ничего не говоря, твердо вышел из таверны. Знаешь что, Лихачева?
А иди-ка ты в… Шамбалу.
Кот
Да идите вы все к чертям собачьим!
Ярослава
Да ну вас всех!
Ну да, психанула. Ну да, зря. Блин, как неудобно-то получилось. Бедный Вэл, он мне все про себя, а я… Ой как стыдно-о-о… И чего, спрашивается, я так взбеленилась? Ну вышла бабушка замуж, ну и что? То же самое у меня и кот спросил.
— Не знаю, Барс… Просто это так неожиданно. И… я может только бабушку обрела, а она теперь не моя совсем получается.
Я потерла виски, устало опустилась на стул. Эгоистка, какая же я эгоистка. Только о себе и думаю. А ведь зря хорошего человека обидела. Надеюсь, что хорошего. И нечисть ждет помощи, пока я тут ерундой страдаю, психую почем зря. И ведь Вэлимира пожалеть надо, а я только и делаю, что злюсь на него. Каково это, вот так жить среди магов, зная, что не обладаешь и десятой долей их Силы? И все время врать и делать вид, что ты свой среди них… иначе что? Изгнание?
Вообще, как только Д`Орвиль ушел, в груди вновь поселилась щемящая душу пустота и… боль? Да, это была та же боль, что и в прошлые разы, когда магистр приходил ко мне во снах, и когда мы сидели бок о бок в жандармерии, и когда она лежал с распоротой грудью на операционном столе. Та же самая боль, что вновь разрасталась, поглощая каждый кусочек, каждую клеточку моего тела. Неужели я так чувствую его боль?