– Ты думаешь, он мог куда-то влезть?
– А за что же тогда его убили? Наверняка сунулся, куда не положено, – вздохнул Свиридов. – Ты же его прекрасно знаешь, он – как ищейка. Чуть почует запах дичи, тут же сломя голову бросается по следу.
– Да, знаю, Игорь никогда «жареный» материал не упускал, – согласилась Настя. – Но мне он ничего не говорил. Я знаю, что он в последнее время занимался какими-то медицинскими разработками, связанными со стволовыми клетками. Это – все. Уже несколько статей написал на эту тему. Специально ездил к Тепляшину, брал у него интервью. Насколько мне известно, эта тема абсолютно мирного характера и с криминалом не имеет ничего общего.
– Но ведь за что-то его убили? – настойчиво повторил Сергей. – И тебе прекрасно известно, что просто так, ради спортивного интереса, этого делать бы не стали.
– Да, я понимаю. Ну, будем надеяться, что милиция разберется и найдет преступников.
– Блажен, кто верует, – заметил Свиридов. – Много у нас находят?
– Ладно, Сережа, я звоню Ивану Петровичу, а потом сразу же тебе, – прервала Настя разговор, чтобы не продолжать эту больную и неприятную тему. – Пока, милый, целую.
– Я тебя тоже целую и с нетерпением жду звонка, – ответил тот и отключился.
Анастасия задумчиво уставилась в одну точку.
– Может, не все еще потеряно? – прошептала она. – И совсем не из-за меня убили Игоря? Дай-то бог, чтобы так и было.
Девушка достала записную книжку и нашла телефон Шарова.
«Только бы он не отказал, – подумала она, набирая номер полковника. – В крайнем случае намекну, что Сергей, вероятнее всего, что-то знает о самостоятельном журналистском расследовании Дронова. Ну, привру, конечно, но ведь это ради него самого! И потом, еще неизвестно: может быть, Сережка и в самом деле в курсе, просто мне не говорит?..»
– Алло, Иван Петрович, это вы? – осторожно спросила она, услышав раскатистый басок полковника. – Это Настя вас беспокоит.
– А, Настенька, здравствуй, душа моя, – приветливо воскликнул Шаров. – Никак вспомнила что-то, раз звонишь мне?
– Ну, как вам сказать? – неуверенно проговорила девушка. – Не то чтобы я сама вспомнила… Иван Петрович, Свиридов Сергей наверняка что-то знает, только он никак не может вернуться, билетов нет. Вы не могли бы ему помочь, ведь должна быть бронь? – торопливо заговорила Настя. – Ведь вы же помните, что они с Игорем были лучшими друзьями. Сергей никогда не простит себе, если не сможет быть на его похоронах. Помогите, ради бога, Иван Петрович, – взмолилась она.
– Не переживай, душа моя, я позвоню в тот город, у меня старинный приятель в управлении служит, он поможет, – успокоил девушку Шаров. – Будет твоему Сергею билет на завтра.
– Ой, спасибо, Иван Петрович, – обрадовалась Настя. – Я Сереже скажу, что все в порядке.
– Не торопись, сорока, – осадил ее полковник. – Сначала дай мне дозвониться, уладить все, а когда будет точно известно, что и как, позвонишь своему Сереже. Через пару часов я сам тебе перезвоню. Ты где сейчас, кстати?
– Я все там же, у Леры, – ответила Настя. – Но вы мне лучше на мой мобильный звоните, я… запишите мой номер.
– А почему не на домашний? – насторожился Шаров.
– Не на домашний? – растерянно переспросила девушка. – Ну… я в магазин хотела сходить, – выкрутилась она, поняв, что чуть не проговорилась. – Меня может просто не быть.
– Понятно, – как-то странно крякнул полковник. – А то я было подумал, что к домашнему телефону ты боишься подходить.
– Вам показалось, – уверенно сказала Настя. – Чего мне бояться?
– Показалось, значит, показалось, – согласился Шаров. – До свидания, душа моя, жди звонка.
Полковник отключился, и Настя облегченно вздохнула:
– Ну, слава тебе, господи, одна проблема решена… будем надеяться, что решена, тьфу-тьфу! Сережа приедет, и мне сразу же спокойнее станет. Он все-таки мужчина, в обиду меня не даст.
В это время раздался звонок в дверь, и Настя побежала открывать.
«Таня приехала», – подумала она и, даже не заглянув в глазок, открыла. Девушка испуганно хлопнула глазами, увидев на пороге незнакомого парня огромных размеров в тулупе и большой лисьей шапке.
– Вы кто? – еле выговорила она.
– Разве не видишь? Конь в пальто, – весело хохотнул тот и, бесцеремонно отодвинув Настю мощной грудью, вошел в квартиру и закрыл за собой дверь.
Валерия вошла в кабинет и увидела почтенного господина зрелых лет, сидевшего за большим письменным столом в инвалидном кресле. Гордый профиль и внимательный взгляд говорили о том, что этот человек совсем не так прост и немощен, как может показаться при виде инвалидного кресла.
– Здравствуйте, Илья Викторович, – дружелюбно улыбнулась Лера.
– Добрый день, – ответил тот, пристально рассматривая непрошеную гостью. – Чем обязан?
– Я приехала поздравить вас с наступающим Новым годом, привезла подарки, – Лера показала ему пакет. Ее немного смутило то, что старик откровенно и внимательно рассматривает ее, но она постаралась взять себя в руки. – Здесь шампанское, конфеты, кое-какие продукты для праздничного стола… – начала перечислять она содержимое сумки.
– От кого подарки? – перебил ее Кормухин.
– От государства. Я представитель социальной службы, вот и развожу их по адресам, – объяснила Лера.
– Что это вдруг меня вспомнили? – усмехнулся старик. – Никогда не поздравляли, а сейчас решили поздравить?
– Я не могу ответить вам на этот вопрос, я человек маленький, – пожала Лера плечами. – К нам поступают продукты, списки с фамилиями и адресами, и мы выполняем распоряжение согласно этим спискам.
– Ну, что ж, спасибо, что они побеспокоились, – равнодушно ответил Кормухин. – Я вас больше не задерживаю, всего хорошего.
– Может быть, у вас есть какие-нибудь просьбы или жалобы? – спросила Валерия, растерявшись от такого неприкрытого безразличия.
– Нет, – коротко бросил инвалид. – До сих пор обходился без просьб, обойдусь и дальше.
– Илья Викторович, я вас чем-то обидела? Почему вы так недружелюбны со мной? – спросила Лера, сделав попытку вывести старика на дальнейший разговор.
– Почему вы так решили? – удивленно вскинул брови тот. – Если у инвалида нет жалоб и просьб, это расценивается как обида? Я понимаю: вы привыкли к тому, что старики изливают вам свою душу. Только я не из той породы, в свою душу я не пускаю никого, и вы, милая барышня, здесь совершенно ни при чем.
– Но мне нужно знать, как вас обслуживают, – не сдалась Валерия. – Хватает ли вам лекарств, ведь вам должны их выдавать бесплатно?
– Мне всего хватает, я ни в чем не нуждаюсь. Надеюсь, это все? – нетерпеливо проговорил инвалид.
– Впервые встречаюсь с человеком, который ни в чем не нуждается, – скованно улыбнулась Лера. – Хотя, судя по дому, в котором я сейчас нахожусь… наверное, вы действительно ни в чем не нуждаетесь, – заметила она. – До свидания, Илья Викторович, было очень приятно с вами пообщаться.
– Вам не идет неприкрытая лесть, уважаемая Валерия Алексеевна, – усмехнулся тот. – И вам совсем не было приятно со мной общаться.
– Но… почему вы так говорите? Мне…
– Не нужно оправдываться, – перебил девушку старик. – Со мной нелегко, и я прекрасно об этом знаю. Но вот вы… впрочем, это совсем неважно, – не договорил он. – Спасибо за подарки, всего хорошего, – повторил он.
– До свидания, – потухшим голосом ответила Лера и направилась к двери. Она была крайне недовольна собой за то, что не смогла разговорить старика и ее визит в этот дом прошел впустую. Девушка уже взялась за ручку двери, как та распахнулась сама, и на пороге возник молодой человек с волосами цвета спелой пшеницы.
– Вы?! – ахнула Лера, узнав в нем своего попутчика с рейса Пекин – Москва, записку которого она прочла несколько часов назад. – Этого не может быть! – прошептала она.
– Вы? – в свою очередь, удивился тот. – Что вы здесь делаете? Неужели в гости ко мне приехали? Вот так сюрприз!