Если раньше я пыталась сделать всё, чтобы не потревожить его покой, то теперь мною двигали иные мотивы: настал тот час, когда нам следует всё обсудить и расставив наконец все точки над "ё" - решить, что делать дальше. И, хоть мои планы остались прежними - я, как и раньше, намеревалась во что бы то ни стало отыскать Пирра, осуществление их несколько осложнилось. Да и теперь мне следовало заботиться не только о себе, но и своём новом спутнике. А, как показала практика, ему едва ли пойдёт на пользу ещё одно приближение к Горе.
Опустившись на колени подле Видящего, я дождалась, когда тот обратит на меня внимание. Пугать его неожиданным вмешательством в личное пространство казалось мне неправильным, да и я ведь по-прежнему не знала как работает их эта "связь", позволяющая беспрепятственно проникать в сознание друг друга.
Видящий не заставил себя долго ждать: встрепенувшись, он распахнул глаза, будто пробуждаясь от долгого сна. Не успела я открыть рот, чтобы оповестить о своём желании поговорить, как пейзаж перед моими глазами померк и на смену ему пришла уже привычная мгла. Похоже, не у одной меня скопились вопросы.
Пребывая в кромешной тьме, я ощущала противоречивые эмоции. Если раньше я точно могла выцепить из этого клубка что-то конкретное, то теперь не могла с уверенностью сказать, что именно ощущает Видящий, и что думает на мой счёт. Решив особенно не заморачиваться по этому поводу, я мысленно задала интересующий меня вопрос:
- Ты знаешь что именно произошло с Видящими? Кто сделал с ними это? - спросила я, вспоминая их отрешённый взгляд и первую картинку, которую показал мне Видящий после нашей встречи - их страх и покорность судьбе.
Долгое время ничего не происходило, и я успела подумать, что Видящий, возможно, не понял моего вопроса, а потому хотела было его перефразировать, как перед глазами, вместо привычной темноты, появилась другая картина. Не в силах поверить в происходящее, я всматривалась в знакомое лицо, силясь понять, что именно хочет сказать этим Видящий. Но он не стремился давать никаких пояснений, а значит, это и был ответ на мой вопрос: виновник всех бед стоял передо мной, улыбаясь коварной и пугающей до дрожи улыбкой. А ведь ещё недавно мне казалось, что я умею разбираться в людях...
Глава 21. Расплата
Впрочем, может в людях я и разбиралась, а вот в эльфах - определённо нет. Передо мной, со своей привычной манерой держаться, стоял Элларес собственной персоной. Его взгляд, затуманенный незнакомым мне ранее блеском, был направлен на меня. Зная его как сдержанного и миролюбивого, я с трудом различала его черты теперь. Но ошибки быть не могло: Видящий показал мне Правителя эльфов собственной персоной, с гримасой бахвальства на лице. Голубые кристаллы глаз светились опасным недобрым огнём.
Подумать только, а ведь ещё недавно я считала эльфов безобидными, не ввязывающимися ни в единую войну существами! Что с них взять - они живут в тени лесов, интересуются лишь собственным миром, существуют в гармонии с природой, война им чужда. Думала я до тех пор, пока не увидела Эллареса в образе злодея.
Но мне определённо стоило подумать об этом раньше: если их божество имеет столь кровожадный характер, чего же ещё можно ожидать от последователей?
И, тем не менее, я не могла в это так просто поверить. В моих воспоминаниях ещё теплился образ того Эллареса, которого я встретила впервые - его мелодичный голос звучал в моей голове, а светлая целительная магия спасла тело и согрела душу. Он всегда был добр ко мне, пусть и отстаивал порой свои интересы. Да и это ведь было естественно - каждый из нас стремится урвать кусок для себя в абсолютно любой ситуации!
А тут, вдруг, в одно мгновение, представить его в роли тирана и деспота! Нет, что-то не выходило, было неправильно. Конечно, будь здесь Хьюго, он бы наверняка ни на минуту не усомнился в правильности трактовки видения. И, был бы субъективен. А мои суждения, можно ли их считать объективными? Быть может, я просто пытаюсь отбрыкнуться от правды вместо того, чтобы принять её, склоняясь перед доводами? Но, даже если виной всему Элларес, как ему это удалось? Ведь я совершенно точно встречалась с ним во дворце и, насколько я помню, он и словом не обмолвился о том, что собирается направиться в западные земли, или что уже был там однажды.