Когда непонятный субъект ушёл - я вздохнула с облегчением. И хоть причин на то не было, но он мне совсем не понравился – хитрый больно, хоть и притворяется простаком, да и раз в столь бандитских краях заведением обзавелся – действительно в чём-то дело да есть.
- Не переживай, мы скоро отсюда уйдём, - прошептал Хьюго мне на ухо, заметив моё беспокойство.
- Он ведь о Пирре говорил, да?
- Похоже на то. Он ведь прав был: тут действительно из богатых мало кто захаживает. Только те, кто подняться смог, ещё живут худо-бедно, а остальные – нахлебники.
- И чем живут?
- Охотой, да разбоем. Тут особо не разгуляешься.
- А ты чем зарабатывал? – на автомате спросила я, не успев вовремя прикусить язык. – Извини, случайно спросила, можешь не отвечать.
Но ответить Хьюго и не дали: вскоре в зоне нашей видимости появилась женщина самой посредственной внешности в белом переднике и чепце, и, подмигнув Хьюго, с ходу спросила чего мы хотим. По всей видимости, это и была Матильда.
Стоит сказать, что с первых минут моего пребывания здесь, я поняла для себя, что это место мне не подходит, и что подобно Пирру, с местными жителями, я, скорее всего не уживусь, а теперь эта причина облеклась в конкретную форму. Взять, к примеру, эту Матильду, нагло флиртующую с моим спутником на моих же глазах, и её одежду, декольте которой грозило вот-вот показать свету всё, что хоть как-то прикрыла хозяйка. И ведь эта персона, надо сказать, была далеко не молода!
- Анна, чем ты хочешь перекусить? – обратился ко мне Хьюго, выслушав приветственную речь официантки.
- На твой вкус, - пробурчала я, и когда Хьюго отвернулся – прожгла взглядом лицо наглой кокетки.
- Мне, пожалуйста, две порции мясного рагу и два стейка с кровью. Ну и плесните выпить чего-нибудь слабоалкогольного.
- Для тебя – всё, лапочка, - стрельнула взглядом официантка, тотально игнорируя моё присутствие.
Назвав ценник и дождавшись, когда Хьюго вывалит на стол горсть золотых монет, женщина удалилась, прихватив с собой деньги, напоследок как бы случайно облизав губы. Так, следом за моим пропавшим настроением, последовал и мой аппетит. Чуть ли не рыча подобно Хьюго, я прожигала её силуэт взглядом до того момента, пока она не скрылась из зоны видимости.
- Спокойно, принцесса, мне нужна только ты, - прошептал мне на ухо Хьюго, возвращая меня в действительность.
- Просто не люблю развязных особ, - фыркнула я, вздернув нос к потолку.
- Я так и подумал, - хихикнул Хьюго, приобнимая меня за плечо.
- А дальше мы куда направимся? Путь ведь, наверное, не близкий? – спросила я, только чтобы сменить разговор и погасить накал страстей: не хочется как-то сидеть за убийство официантки…
- Разведаем обстановку, и увидим, что к чему. Думаю, за время моего отсутствия много населённых пунктов стерли с лица земли. Тут у народа нрав крутой, - ответил Хьюго, и будто в подтверждение его слов, за дальним столиком началась потасовка, плавно перешедшая в полноценную драку и прекратившаяся также спонтанно, как и началась.
- Не то слово, - согласилась я, с отвращением наблюдая за тем, как один из зачинщиков драки пытается вернуть себе на место выбитый зуб.
Зрелище, скажу, не для слабонервных, и аппетиту уж точно не способствует!
- Ваше сочное и аппетитное мясо, - елейным голосом пролепетала официантка, возникнув невесть откуда.
После её появления мне захотелось перекреститься, но вместо этого я сделала другую глупость: я ей ответила.
- Не то, что ты, - оскалилась я, провоцируя свою оппонентку.
- Что ты сказала?! – воскликнула официантка, с громким стуком ставя поднос на стол.
Услышав её грозный рев, вся таверна будто замерла: даже пьяная драка, вновь было начавшаяся, утихла, и взгляды всех присутствующих направились на нас. Похоже, даже в этом криминальном районе разборки женщин – нонсенс.
- Что слышала, - просипела я, приподнимаясь со скамейки. – С таким прекрасным слухом не мужчин соблазнять нужно, а на старость уже копить.
По таверне разнеслось многозначное «О-о-о».
- Ах ты! Ах ты! - покраснев от злости, официантка распахнула рот, готовясь к новому залпу в мою сторону, а Хьюго попытался вклиниться в сложившуюся ситуацию, но меня уже было не остановить.