Поясню.
Уже несколько месяцев назад я знал о новой волне террористических актов, имеющих конечной целью США и другие регионы американского континента, готовящихся террористической организацией, базирующей в основном в Италии, Франции и Испании, и координирующейся из Испании.
Эта организация – реинкарнация сети, ответственной за волну правого террора в Италии и других странах в период 1969–1980 гг., сейчас связываемой с ведущей общественной ролью ветерана испанских фашистов Блаза Пиньяра (Blas Piñar).
Эта организация, базирующаяся в Испании, возникла в кругах франкистов после Второй мировой войны, сейчас представляемых Блазом Пиньяром, является частью бывшего аппарата службы безопасности нацистского генерала Вальтера Шелленберга. Она связана с международными банковскими кругами, первыми начавшими сотрудничать с известными американскими представителями Алленом Даллесом и Джеймсом Энглтоном в 1955–1945 гг.
Даллес и англо-американская группировка, в которую входил он сам и его брат Джон Форстер Даллес вместе с главой Банка Англии Монтегю Норманном, способствовал продвижению Яльмара Шахта с целью привести к власти в Германии Адольфа Гитлера. Через близких к Шахту лиц, таких как представитель швейцарских нацистов Франсуа Жену (François Genoud), после поражения нацистов под Сталинградом Даллес вступил в контакт с генералом СС Вальтером Шелленбергом и вышел на банковские каналы Геринга.
Американские доверенные лица Даллеса – генерал Дрейпер и Энглтон – сыграли ключевую роль с американской стороны во внедрении в структуру послевоенного разведывательного аппарата США и Великобритании (ядром которого являлись так называемые «утописты» из англо-американского альянса) элементов, близких нацистской СС. Кадры СС, включая Отто Скорцени, близкого к Шахту, сыграли ключевую роль во встраивании многонационального аппарата нацистской СС в так называемый антикоммунистический истеблишмент военного разведывательного сообщества после Второй мировой войны.
Операции периода 1969–1980 гг. в рамках «стратегии поддержания напряженности», подобно операциям 1960-х, направленным против президента Франции де Голля, осуществлявшимся из Испании, являются делом рук той же сети, ответственной за недавние террористические акты в Испании.
Испанские элементы этой сети играют значительную роль в проведении террористических и других операций, направленных против США на самом американском континенте. Эти провокации имеют целью спровоцировать США на еще более безответственные действия, примером которых служит деятельность вице-президента Чейни и министра обороны Дональда Рамсфельда до настоящего момента.
На вопрос о выборе времени и причине такой жестокости сегодняшних атак невозможно ответить без сравнения краха современной денежно-финансовой системы с плавающими обменными курсами, поддерживаемой МВФ в 1972–2004 гг. с крушением версальской денежно-финансовой системы 1928–1933 гг.
Кризис 1928–1933 гг. привел к диктатуре Гитлера и Второй мировой войне, сегодняшнее крушение денежно-финансовой системы МВФ приводит в действие точно такие же силы, а иногда те же самые общественно-политические интересы, которые в январе-феврале 1933 года привели Гитлера к власти. Трезвая оценка фактов за совершенно лживыми утверждениями об оздоровлении американской экономики страны показывает, что ситуация в данный момент, приблизительно за полгода до следующих выборов в США, чрезвычайно опасна.
При анализе мировой и американской денежной и финансовой информации в свете текущего ускоряющегося крушения физической экономики США и Европы становится ясным, что политическое положение США удерживается за счет сознательного введения людей в заблуждение. Физическая экономика США терпит крах, а обремененный долгами доллар поддерживается на плаву гиперинфляционными методами наводнения долларовых рынков, которые можно сравнить с механизмами германской гиперинфляции июня-ноября 1923 года.
В момент, когда этот гиперинфляционный долларовый пузырь лопнет, весь мир погрузится в стратегический кризис в чем-то гораздо худший, чем кризис 1928–1933 гг. В то время Европа и США были мощными агропромышленными производителями, сегодня же США тянут за собой Европу в обреченное «постиндустриальное» общество, в котором механизмы общественного регулирования основываются на политике «хлеба и зрелищ». В 1930-х американцам было куда возвращаться за куском хлеба – на семейные фермы. Рузвельт начал открывать закрытые, но существовавшие производства; таких предохранительных рычагов физической экономики сопоставимого масштаба сегодня нет.