Герой «мыльной оперы» — это затрепанно-пресловутые «простые люди», «средние американцы». Те же врачи, инженеры, фермеры, представители всевозможных профессий. Их показывают на работе и в семейном кругу. Но показывают в смещенном кадре. Они живут «чуточку» лучше, чем в действительности, в меру лучше, чем в реальном мире, настолько в меру, что верится в достижимость этой «чуточки» и поэтому хочется ее достичь. Вот, например, «мыльная опера» под названием «Тайная буря». Ее герои архитекторы. Они живут в квартирах, которые «чуточку» лучше обычных, ездят в автомобилях, которые «чуточку» лучше реальных, имеют жен и любовниц, которые «чуточку» красивее настоящих.
Принцип «чуточку» универсален для «мыльной оперы». Его применяют не только к профессиям. Существуют специальные «мыльные оперы» для негров, пуэрториканцев и других расовых и национальных меньшинств, населяющих Соединенные Штаты Америки. В течение нескольких лет компания Си-Би-Эс крутила фильм о медицинской сестре-негритянке, работавшей у зубного врача-еврея. В этом фильме внешне, казалось бы, все было, «как в жизни». За небольшим исключением. Медицинская сестра-негритянка ни разу не испытала на себе расовой дискриминации, а зубной врач-еврей — антисемитизма. И гардероб медицинской сестры был «чуточку» лучше обычного, и стоматологический кабинет врача «чуточку» превышал привычные габариты. А в остальном фильм-серия вполне отвечал реалистическим стандартам: экран был голубого цвета, кровь — красного, лица негров — черного.
Небольшое отступление. Я уже говорил, что в «мыльных операх» миллионеры не фигурируют. Не фигурируют в них и знаменитые киногерои. Актеров для «мыльных опер», как правило, подбирают посредственных, играющих «чуточку» лучше простых смертных, или театральных любителей. Так достовернее. Так внимание зрителя концентрируется не на звезде-знаменитости, а на ситуации, идее.
Принцип «чуточку» распространяется не только на материальные блага. Поскольку «мыльные оперы» тянутся годами, они отражают события, которые происходят на данном отрезке времени в стране. Идет война во Вьетнаме, и ее «отражают». Рост преступности и наркомании принимает угрожающие размеры, и его «отражают». Пропасть между поколениями углубляется, и ее «отражают». Растут безработица и инфляция, и их тоже, представьте себе, «отражают». Но как? Чуточку. На этот раз чуточку без кавычек.
Возьмем, к примеру, войну во Вьетнаме. Эта кровавая несправедливая колониальная война длилась более десяти лет. Но «мыльные оперы» настойчиво замалчивали ее. Политическая сверхзадача постепенно стала входить в противоречие с приглаженным реализмом. Телезрители каким-то шестым чувством уловили это, и успех «мыльных опер» оказался под угрозой. Тогда мозговые тресты американского телевидения начали впрыскивать вьетнамскую тему безвредными дозами в «мыльные оперы». Как правило, дело сводилось к тому, что один из героев серии попадал под мобилизацию и уезжал во Вьетнам. Или его там убивали — трагическая развязка, или он возвращался — счастливый конец. Сам Вьетнам с его проблемами оставался за кадром. Для того чтобы окончательно вытравить «нежелательные эмоции», авторы «мыльных опер» стали посылать своих героев во Вьетнам в качестве… добровольцев. Делали они это под влиянием столь модной и неотразимой несчастной любви. Проблема американских военнопленных также разрабатывалась на параллельных рельсах политической эксплуатации и слюнтявой сентиментальности. Скажем, возлюбленная ждет своего суженого, хотя его считают погибшим, и стойко сопротивляется соблазнам новой амурной связи. Ее верность вознаграждается — герой военнопленный возвращается. Другая девица оказалась менее стойкой. Она выходит замуж. Суженый возвращается. Начинается новая фаза классического любовного треугольника. А Вьетнам? Вьетнам остается за бортом. Более того, подспудно культивировалась ненависть к вьетнамскому народу, который, мол, в своем упрямстве и нежелании принять принесенную на штыках и поджаренную на напалме западную цивилизацию разбивает счастье простых американских семей.