Сначала там не было ничего особенного, только моё слегка припухшее после сна лицо щурилось с зеркальной поверхности узкими щёлочками глаз. Я попыталась воспроизвести в памяти образ Дмана: высокий рост (меня мать-природа ростом обидела – в свои семнадцать я всего метр сорок два и едва могу достать Дану до плеча), широкие плечи
Одет в свою любимую футболку цвета морской волны с надписью: «Я – самый счастливый человек в мире» и ярко-синие джинсы. Непокорные светлые волосы никак не хотят становится приличной причёской, поэтому на голове у него всегда «взрыв на макаронной фабрике», как говорит моя мама. Тонкие, почти женские черты лица, розовые губы, с которых почти никогда не сходит приветливая улыбка, и огромные, ярко-зелёные глаза с пушистыми чёрными ресницами.
Зеркальная поверхность задрожала, по ней пробежала лёгкая рябь, и через пару минут я увидела Дана, который сидел по-турецки на больничной кровати, и, увлечённо жестикулируя, что-то говорил своим родителям. В углу палаты на маленьком стуле сидела Аиша: голова поднята высоко, светлые, как у брата, волосы убраны в «конский хвост», а в глазах читается вызов. Эх, жаль, что я не могу понять, о чём они говорят! Я посмотрела на кровать справа от Дана: его соседу явно стало чуть лучше, насколько это возможно при последней стадии рака – пацан полусидел, опираясь на гору из подушек. Бледное и худое лицо не выражало ничего, кроме полнейшего безразличия ко всему миру. Он не принимал участия в разговорах и казался мне несчастным «Ну я и дурёха! Что ещё может чувствовать человек, который смертельно болен? Ясное дело – ему плохо!» - подумала я и продолжила смотреть в зеркало. «Ну почему я не могу слышать голоса этих людей?! Я так хочу услышать его голос, узнать, как у него дела! Зеркальце, а зеркальце, может, ты мне поможешь?» - вслух подумала я, но ответа не было. Тогда я взяла зеркало на ладонь, закрыла глаза и попыталась мысленно «прокрутить» у себя в голове наши вечерние разговоры с Даном, как прокручивают виниловые пластинки в старом проигрывателе. Я пыталась припомнить каждое слово.
«Я очень люблю ежевику. Когда-то я спросил у мамы, можно ли выращивать её у нас на Марсе, но она сказала, что здесь неподходящий климат, и я чуть не заплакал».- вспомнив тот давний разговор, я невольно улыбнулась: некоторых подростков и взрослых людей очень тяжело представить в роли ребёнка, но с Даном было совсем наоборот – мне легко представлялся озорной мальчишка с растрёпанными светлыми волосами и весёлой улыбкой, который то и дело спрашивает что-нибудь у своей мамы…
Я так погрузилась в свои фантазии, что не сразу услышала слабый звук разговора, доносящегося непонятно откуда: телевидение в этой семье считали пережитком прошлого – Ассио и Ло-Лита говорили, что большинство телепередач губят нынешнее поколение землян, так как там по всем каналам говорят о войне или показывают фильмы, после которых мысли детей становятся извращёнными.
Нет, эта семья была полностью осведомлена о том, что происходит на Земле – у обоих были Спутники - специальные приспособления, похожие на планшет: с помощью особого поисковика Ло-Лита и Ассио могли в любой момент набрать имя человека, живущего на Земле и понаблюдать за его жизнью. Можно было набрать название страны и почитать хронику событий. У Дана, как и у всех марсиан, которые прошли Обряд Посвящения, тоже был Спутник, но он лишь время от времени заглядывал в него. Однажды Аиша спросила его: «Почему ты почти не касаешься своего Спутника? Ты – полноправный марсианин, и в любую минуту можешь понаблюдать за жизнью любого из землян». «Земляне – такой же народ, как и мы, и они тоже имеют право на личную жизнь. Мне бы совсем не понравилось, если бы за мной круглосуточно наблюдал совершенно посторонний человек, поэтому я беру в руки Спутник только в том случае, если кому-то нужна помощь. Например, если школьник на контрольной забыл ответ. Тогда мой Спутник уловит его просьбу о помощи, и я по возможности пошлю ему ответ». «Но зачем тебе помогать этим людям?» «Просто потому, что я хочу видеть радостные эмоции на лице этого человека, как только ему в голову придёт правильный ответ».
Так вот, я осматривалась в поисках источника звука, когда до меня вдруг дошло: голос идёт с поверхности зеркала! Я внимательно прислушалась – Аиша о чём-то говорила с Даном.