Постепенно человечеству пришлось оставить попытки наладить общение — к величайшему огорчению учёных волшебников, которым было чрезвычайно занимательно узнать, что происходит в сознании их заклятого противника.
Страсть к познанию иной раз приводит к безумным поступкам. Иные маги без колебаний отдали бы жизни, чтобы оказаться сейчас на месте Глинта — перед лицом разговорчивого демона; сам юноша, придя в себя, тоже вскоре почувствовал, как во мраке страха, который обуял его душу, постепенно начинает сверкать искорка интереса.
— Чего ты добиваешься? — спросил он.
— Я уже говорил, — сказал ему демон.
Глинт нахмурился, вспоминая их разговор до этого момента. Демон и правда уже сказал ему, что планирует стать новым правителем «своего рода». Тогда…
— Что тебе от меня нужно?
Это вопрос оказался более удачным. Демон по имени Пантагрюэль приподнял своей белый и тонкий, как у скелета, палец и показал прямо на него.
— Зачем я тебе нужен? — терпеливо продолжал расспросы Глинт.
— Для ускорения.
— Ускорения?
— Ты желаешь полный ответ?
— Да.
— Природа нашего вида заставляет нас непрестанно стремиться к превосходству, — стал медленно рассказывать Пантагрюэль. — Но всякое превосходство относительно. На своей родине мы были одни перед лицом окружающей реальности. Преодолеть её было невозможно, как невозможно — метафора — сразу забраться на крутой склон. Когда же мы открыли ваше измерение, мы обнаружили ступеньки — различные биологические виды, используя и поглощая которые мы можем приближаться к совершенству.
— Посредством эволюции.
— Посредством того, что вы, люди, называете эволюцией, верно.
Изначально мы были одним целым — потом среди нас стали появляться индивиды. Изначально все они были равны — затем, по причине ограниченного количества ресурсов, они стали делиться на более сильных и более слабых. На талантливых и бездарных. Так появился наш Владыка. Так появилось десять генералов — включая меня. Мы стали раздельными, однако наш вид оставался един в своих стремлениях — сперва. Постепенно, в различных индивидах стали появляться иные направления мысли, отличавшиеся от единой траектории нашего рода.
Со мной это случилось несколько десятков лет назад. Когда люди запечатали портал в наш мир и нашу Владыку, мы понимали, что они, следуя странной прихоти своего характера, лишь отсрочили неминуемое. Некоторые из нас притаилась, ожидая подходящей возможности. Я был одним из них. Я наблюдал. Я ждал. Я думал. Постепенно, у меня стали зарождаться амбиции. Я задумался о том, что мне не обязательно быть, пускай и важной, и значительной, и ценной, но всего лишь фигурой на игральной доске. Я могу занять место игрока — для этого мне нужно победить Владыку нашего рода и доказать своё превосходство.
Я поставил себе цель, и я стал размышлять, как я могу её добиться.
Эволюция сотворила Владыку сильнейшим представителем нашей и моей расы, чтобы её сила удерживала, словно крепкая цепь, единство нашего и моего рода.
Предположим. Предположим и задумаемся о том, как нам и мне обойти данное ограничение? Я стал думать и я понял, что искать решение я должен не в себе, но «снаружи» себя.
Ты понимаешь меня, Глинт? — спросила серая фигура, снова обращая на него свой скрытый, но при этом такой острый, что даже вызывающий покалывание на коже, взгляд.
— Отчасти, — нахмурился юноша.
— Сперва я пытался найти «предмет», который позволит мне превзойти Владыку. Но это бессмысленно. Все предметы сотворили разумные создания. Мне нужно было искать разумное создание. Самым разумным созданием помимо нас и меня были люди.
В своей эволюции мы и я превзошли все прочие расы включая вашу, но не до конца. До сих пор остаются неизвестные мне и нам, но определённо существующие аспекты, в которых вы, возможно, превосходите нас и меня — и нашего Владыку.
Поэтому я решил найти человека, чтобы он заключил со мной то, что вы, люди, называете союзный договор.
Я дарую ему свои силы.
Он дарует мне свои силы.
Мы будем работать вместе.
Вместе мы найдём Владыку и одолеем Владыку, и я стану новым Владыкой. Я искал — и я нашёл. Я предлагаю тебе союз, Глинт. Ты согласен?
Глинт задумался. По сути, демон предлагал ему присоединиться к своей революции и свергнуть их правителя — ту самую Владычицу, которая прямо сейчас — согласно большому секрету, известному лишь немногим избранным, — томилась в Корделианской башне в теле Маргариты.