Не даром с ней считались даже всесильные южные лорды.
Прямо сейчас вовсе не они и даже не Легендарные рыцари, но именно Калифорния была самым опасным человеком на всём Карабане.
— Я пришёл сделать вам подарок, ваше высочество, — сказал Путник и протянул ей свиток, первый из тех, на которых были расписаны чертежи доспеха нового типа.
Калифорния быстро его просмотрела, снова перевела взгляд на собеседника и сказала:
— Кто это сделал?
Хороший вопрос. Михаил одобрительно кивнул. В первую очередь её занимал не сам чертёж, хотя Калифорния определённо понимала его значимость, но личность человека, который его нарисовал. Северная принцесса понимала, что именно мастер, а не картина, имеет наибольшую ценность.
— Мой раб, — ответил Михаил.
— Хм.
Калифорния снова опустила взгляд на свиток.
— Зачем это мне?
И снова вопрос с подвохом.
— Без этого ваша операция закончится провалом.
— Откуда ты знаешь?
— Я знаю всё.
— В том числе мой ответ? — вскинула бровь Калифорния.
— В том числе.
Женщина свернула свиток и положила его себе на стол. Затем она прошла мимо Путника, присела на своё кресло и сложила руки.
— Значит, нам следует отложить наши планы, пока не будут готовы новые доспехи?
— Напротив, вам следует поторопиться, — осторожно ответил Михаил.
Если Калифорния решит остановить операцию Звездопад и перенести её на пару лет вперёд, когда появятся первые комплекты новой брони, это, конечно, повысит их шансы на успех, но в то же время Михаил потеряет своё главное преимущество — знание будущего. Нет, рыцарей нужно было отправить на Эльмиграм прямо сейчас. Что же касается доспеха…
— Конкретно для операции Звездопад я сделаю доспех самостоятельно. Вам просто нужно будет приступить к массовому производству.
Главное, чтобы сама идея рабочего механического доспеха проникла в сознание обитателей этого мира, и тогда Михаил сможет сделать его с помощью Конструктора.
— Хорошо, я это устрою, — ответила Калифорния после некоторой паузы.
— Великолепно! Приятно было иметь с вами дело, ваше высочество, — поклонился Путник и уже собирался направиться на выход из комнаты и этого мира, когда Калифорния неожиданно спросила его:
— Зачем тебе это?
— Это?
— Всё это.
— Затем же, зачем и вам, — многозначительно сказал Путник и вышел за дверь.
Калифорния встала и проследовала за ним в коридор — но там никого не было. Тогда она потянула за звонок, вызвала своего адъютанта и велела доложить, не было ли замечено на судне посторонних личностей. Адъютант удивлённо посмотрел на неё и сказал, что нет. Калифорния невозмутимо кивнула и вернулась к работе.
На первое путешествие между Карабаном и Эльмиграмом потребовалось несколько недель. С тех пор были построены намного более совершенные летающие корабли, да и сами материки стали намного ближе в результате явления, которое в научных кругах человечества получило название «Континентального дрейфа». Теперь до мира великанов можно было добраться всего за несколько дней — к величайшему огорчению Генри, который надеялся использовать это время, чтобы придумать план побега.
Несостоявшийся рыцарь и вполне успешный плут, он был более чем уверен в своей изворотливости. Трижды ему приходилось организовывать побег из тюрьмы (за существенную плату); однажды он даже пробрался в знаменитую Северную твердыню, величайшую темницу на севере, и сбежал из неё просто ради забавы.
Ещё не всё потеряно, говорил себе Генри, размышляя о том, как захватит один из кораблей и направит его на Карабан или, например, сделает вид, что спрыгнул с палубы, а на самом деле спрячется в грузовом отсеке, чтобы его отвезли назад.
Генри был вором. Подлецом. Предателем. И в то же время он был храбрым человеком. Трус никогда бы не пошёл на те авантюры, которые он предпринимал на протяжении своей непродолжительной карьеры.
Генри не боялся плотоядных великанов. Причиной, почему он хотел сбежать, был вовсе не страх. Поэтому, когда в коридорах зазвучали взволнованные голоса матросов, знаменующие скорое приближение материка, Генри не робея вскрыл замок на дверях своей темницы и стал пробираться в грузовой отсек.