Однако в данном случае стоял вопрос не столько общественного мнения, сколько личных моральных качеств Глинта. Готов ли он принести в жертву невинного человека? Готов ли воспитывать его несколько лет, как агнца на заклание? Глинт не знал, сомневался; Пантагрюэль, как будто чувствуя, что происходит у него на душе, намеренно не высказывал собственное мнение, чтобы его доводы не показались Глинту демоническими увещаниями.
В итоге, как это часто бывает, когда человек сталкивается с трудным решением, Глинт сделал аморальный выбор, но придумал для него «оправдание». Он решил использовать Гилиама, но только потому, что на кону была судьба всего мира.
К тому же, говорил он себе, вовсе не обязательно, что юноша умрёт. Ведь если их изначальный план окажется успешным, они смогут разделить Владычицу демонов и её оболочку без особенного вреда для последней и, желательно, с особенным вредом для первой.
И всё же сам факт, что Глинт заключил сделку с совестью, временами терзал его душу и заставлял его держать эмоциональную дистанцию от Гилиама, который с радостью согласился стать учеником настоящего волшебника.
С тех пор прошло два года. Всё это время Глинт продолжал охотиться на притаившихся демонов и поглощать их силы. Вместе со своим учеником он навестил множество островов Серого архипелага, даже таинственный остров рыболюдей, который совершенно изменился за последние годы, стремительно превращаясь из непроглядных джунглей в главный промышленный и торговый узел Федерации.
После они пересекли море и высадились в древнем городе Аль-руке, которым правил Ахнимид Аль-рук, великий правитель, ещё в раннем возрасте заслуживший признание не только своих поданных, но и соседних государств, которые с лёгкой тревогой наблюдали за тем, как древнее царство преображается под его управлением. Как сносят старые кварталы, чтобы построить на их месте новые мануфактуры; как древний флот сменяют новые многоярусные корабли; как магия, прежде считавшаяся запретным искусством, начинает преподаваться в школах, в одной из которых Глинт прочитал несколько лекций в качестве приглашённого профессора пока охотился на демона, обитающего в местных катакомбах, и так далее.
После этого они сделали крюк, отправившись сперва на север, а затем на юг, навещая прочие царства, разбросанные по всему побережью, и наконец устремились дальше на запад, где пролегала великая пустошь.
Несмотря на своё название и тот факт, что на всех картах её изображали огромным белым пятном, она не была совершенно безлюдной. Среди песков и каньонов тоже можно было найти деревни и даже полноценные страны, которые, однако, были совершенно отрезаны от остального мира и даже не знали о существовании Западного и Восточного побережья. Некоторые местные жители были уверены, что пустыня бесконечна или что за ней начинается великое небо, в то время как сама земля держится на крыльях гигантской белой птицы.
Если бы нашёлся маг, который собрал информацию о всех народах великой пустоши, их вере и культуре, в единый компендиум, он, вероятно, прославился бы не меньше, нежели великие чародеи Седьмого и даже Восьмого круга.
Временами Глинта порывало самостоятельно взяться за это дело, но каждый раз он себя останавливал.
У него не было на это времени; срок пробуждения Владычицы демонов неумолимо приближался.
Поэтому…
— Мы не будем навещать этот город, — сказал он своему ученику серым голосом. — Мы возвращаемся на запад.
Глава 40
План и подготовка
Много времени прошло с тех пор, как Глинт последний раз посещал это место, и всё же великая башня, расположенная неподалёку от ворот Корделии, оставалась неизменной.
Впрочем, чего и следовало ожидать от реликвии.
После осады Доминиона Корделия превратилась в «вольный» город; постепенно к этому статусу прибавился ещё один: «священный».
Именно в Корделии зародился и стал стремительно распространяться так называемый Культ Маргариты, последователи которого считали юную девушку, которая сразила Верховного генерала Агата и уничтожила Доминион, своей богиней. Башню, которая неожиданно возникла на поле боя, они называли её пристанищем, где богиня собирает силы, чтобы однажды пробудиться и заполонить весь мир своим ослепительным сиянием.