Человек в белом халате моментально отреагировал на моё движение и изобразив на своём лице довольную мину радостно произнёс.
- Ну вот. Я же вам говорил, просто спит. Как себя чувствуешь?
Ага, последний вопрос задан лично мне и кивнув ответила:
- Хорошо. Только тело саднит немножко, - и переведя взгляд на второго человека, - Павел Анатольевич, здравствуйте.
Он несмело присел рядом на табуретку и взяв в ладони мою руку нежно погладил. Даже чересчур нежно в отличии от чёрных глаз, которые буквально буравили меня насквозь.
- Настя, ты даже не представляешь себе, как ты меня напугала. Как ты оказалась здесь?
Я сделала страдальческое лицо, вернее я подумала, что сделала его страдальческим. Потом вспомнила свою разбитую физиономию, заплывший глаз и кхекнула про себя. Ну да. И представлять нечего, оно уже такое.
- Это длинная история.
- Тебе придётся её рассказать. Ты сейчас сможешь?
О, нет. Я с мольбой бросила взгляд на лепилу и он мгновенно вмешался. Хороший доктор.
- Вы, что с ума сошли, дайте ей отдохнуть.
- Доктор, всего два вопроса, но наедине и я уйду, - голос у дяди стальной. Он даже голову не повернул, но врач мгновенно сдался.
- Пять минут, только пять минут.
Едва за белым халатом закрылась дверь, Павел Анатольевич слегка стиснул мою руку.
- Настя, это важно. Где ты взяла пистолеты? – ещё секунда и его глаза могли бы просверлить меня насквозь.
А вот теперь не молчать и главное запомнить, что говорила, хотя, можно будет сослаться на сотрясение, частичную потерю памяти, головную боль.
- В лесу, их мужик под деревом закопал, а я видела.
- Мужик? Какой мужик? Ты описать можешь?
Я кивнула. Паше уже всё равно, а я смогу выкрутится. Надеюсь, что получится.
- А, впрочем, подожди, - он достал из кармана фотографию и протянул мне.
- Этот не похож?
Я сразу узнала верзилу, которого огрела дубинкой по голове около кустов маральника и отрицательно мотнула головой.
- Нет, тот постарше, лет сорока.
- Постарше говоришь, - он протянул мне ещё одну фотографию.
Я, сжав кулаки под одеялом, ответила, как можно естественней. Только бы не разрыдаться.
- Да, это он. У него ещё автомат был. Он несколько раз стрелял в меня, я тоже пальнула пару раз и прыгнула в реку.
- Ты стреляла из этих пистолетов?
- Только из одного и просто в воздух, чтобы он не нёсся на меня как танк.
- Ага, это всё объясняет, - он с шумом выдохнул, - всё хорошо, я позже приду, нужно снять с тебя показания, но это формальность, а ты отдыхай сейчас, набирайся сил.
Он поднялся на ноги и меня тут же охватила паника. Нельзя его отпускать, это, как никак, брат отца и можно рассчитывать, что он на моей стороне. Я, выдернув руки из-под одеяла и ухватившись за пиджак запричитала:
- Дядя Паша, заберите меня из больницы, пожалуйста, я не могу здесь находиться.
- Заберу, обещаю, - он, перехватив мои руки вопросительно глянул, - я только единственное не могу понять. Семь месяцев назад ты легла в больницу. Я нашёл лучших отечественных врачей. Как ты оказалась здесь? Зачем?
Словно пелена упала на глаза, и я сквозь рыдания забубнила нечто невразумительное.
- Настя?
Проглотив слёзы, постаралась ответить более разборчиво:
- Они не справились, мне осталось жить пару месяцев, и я не хотела умирать в четырёх стенах. Ходить среди таких же, как я, и видеть, как они каждый день по одному исчезают. Я не хотела этого. Решила пожить в избушке лесника, помните? Думала, может мне сила леса, сила деревьев поможет. И уж если я должна умереть, то не в палате, а на воле. Вот я и шла туда, когда увидела мужчину под деревом.
- А ко мне почему не пришла?
Я, шмыгнув носом заревела, громко в голос. Догадавшись, что начинается истерика и я ничего не могу с собой поделать, заревела ещё громче. Мне страшно, мне по-настоящему становилось страшно.
- Боялась, что вы ругать будете.
Ну да, - он, присев на край койки и низко наклонившись прижал меня к себе обдав запахом крепкого табака, - только нет больше избушки лесника, сгорела она в прошлом году во время пожара.
13
- А это я к вам в 10 году приезжал, - Павел Анатольевич с улыбкой показал на монитор, на котором мы уже больше часа рассматривали старые фотографии.
Он приехал в больницу на следующий день после обеда и поговорив с врачом забрал меня к себе домой сославшись на опасность, которая может мне угрожать. Я около часа рассказывала, как приехала, как бродила по лесу, как убегала от неизвестного, стараясь не вдаваться в несуществующие подробности и не запутаться в собственных показаниях. Поставила свою размашистую подпись. Потом, видимо, чтобы отвлечь меня, он предложил посмотреть фотографии, большую часть которых я видела давно и даже успела подзабыть.