Ещё один рядом с ним с синдромом Тричера Коллинза. Ну да. Это Мишин. Рыжий, едва заметный шрам под правым ухом. Ни одного пигментного пятна, которые обычно преследуют рыжих всю жизнь. Маленькие усики, а на подбородке едва видны редкие волосинки, бородкой их точно не назвать. Глаза злые, правый смотрит в сторону, уши маленькие как у подростка. Самый молодой из этой гоп компании и самый трусливый. Муха рядом прожужжит и то вздрогнет. Именно так его и описывал мой последний герой, там в пещере, тыкая в фотографию карандашом. Его можно убить последним.
Павел Анатольевич, оглянувшись, едва не выронил бокал из рук, но с кресла не поднялся, а нахмурив брови в замешательстве уставился на моего конвоира.
Савва вытянул руку с пистолетом вперёд и не сдвигаясь с места спокойным голосом произнёс:
- Тихо, тихо. Я не собираюсь ни в кого стрелять, но очень хочу знать, так же лояльны вы ко мне господа – товарищи.
Наверное, если бы я пригляделась к пистолету, то вела себя в дальнейшем более спокойно, однако в тот момент про это даже не думала. Сначала нужно избавиться от наручников, а я увы этого делать не умею. Поэтому сидела тихо не нагнетая обстановку. Паша говорил, что Савва самый опасный и я ему вполне верила. Мозги у Саввы работают как компьютер, но и как компьютер зависают ежели ему в голову вирус занести такой, в который он мгновенно поверит. Но ненадолго. Перезагрузит свою винду и приехали, так что после вброса есть минута или две, не больше.
- Ты рехнулся, - дядя Паша, отставив бокал в сторону попытался подняться.
- Все находимся на своих местах до тех пор, пока я не разберусь, что здесь происходит, - и на мгновение оглянувшись на меня, добавил, - не мельтеши, сядь на стул и он указал свободной рукой на какой именно.
После чего сделал два шага вперёд и остановившись посреди комнаты глянул на неподвижное тело Игната.
- Ну и как Игорёк, что рассказывает наш гений на этот раз?
Верзила развёл руки в разные стороны.
- Уже ничего, по ходу мы немного перестарались.
- А я не удивлён, - Савва гулко расхохотался, - я абсолютно не удивлён, а знаешь почему, Паша? Потому что я застал твою Настю за весьма пикантным занятием. Она складывала в сейф в твоём доме пробирки, догадываешься с чем?
- Оба на, - Игорёк отреагировал мгновенно и у него в руке сверкнула в свете лампы воронёная сталь, - и как это понимать?
Да уж, не мне с ним тягаться, непринуждённо, легко и неимоверно быстро.
- А давай зададим этот вопрос Паше, а заодно спросим его умирающую крестницу, - он оглянулся на меня, - или ты, Настя не знаешь, что за лекарство в колбочке, которую ты убрала в сейф? Достаточно разбавить, сделать пять инъекций, через день, - он оглянулся на Пашу, - так, кажется, объяснял покойник и чудо, человек выздоровел. Только ведь тебе Настя этого не нужно, ты ведь абсолютно здорова, это ведь просто твоя легенда, состряпанная вместе с тобой Паша. Я правильно говорю. Вы уже набрали скляночек колбочек сколько вам нужно, а теперь Игнат просто болтливая помеха. Я правильно рассуждаю?
Я увидела, как напряглась рука Саввы, сжимавшая пистолет и решилась, потому как всё то, над чем я последнее время размышляла внезапно приобрело твёрдые очертания. Закинув ногу на ногу, я откинулась на спинку стула и громко произнесла:
- Нет, неправильно. Это я приказала убить Игната.
17
Все четверо вытаращив глаза, уставились на меня.
- Я работаю в «ФУМБЭП». В «Федеральном управление медико-биологических и экстремальных проблем».