На выручку пришёл Мишин. Скривив своё лицо ещё сильнее, он громко проговорил:
- Ладно, мне нужно выпить.
- Поддерживаю, - Игорёк оглянулся на меня слегка прищурившись.
А ведь он запал на мои стати, ага, смотрел так, словно оценивал племенную ценность. И я, открыто упёршись в него взглядом, провела языком по губам, у меня это очень даже сексуально получается и кивнула.
- И мне налейте, хочу напиться и забыться, - и поднявшись на ноги мельком глянула на Савву.
Вот сейчас отмелькают в его глазах бирюзовые волны, лазурный берег и миллионы, которые он уже наполовину потратил на шикарных женщин и начнёт задавать вопросы.
Я, подойдя вплотную к верзиле прижалась грудью к нему, чтобы он почувствовал её: большую, упругую, ничем не поддерживаемую и такую доступную.
- Постой-ка, дорогая, - в голосе Саввы прозвучала агрессия.
Вот как же быстро он перезагрузился.
А в следующее мгновение рванула пистолет из-за пояса верзилы и потянула спусковой крючок. Длинный, очень длинный спуск. В какой-то момент я вдруг подумала, что ошиблась и на самом деле в стволе нет патрона и дослать его туда времени уже не хватит. Голова Игоря начала разворачиваться и даже успела увидеть его выбритую до синевы правую щеку. Краем глаза заметила, как рука Саввы лихорадочно скользнула под пиджак к подмышке и в этот момент громыхнуло. Гулко ударило по ушам так же, как там, в пещере, даже колени на мгновение подогнулись. Эхо словно заметалось по замкнутому пространству разрывая барабанные перепонки, а стены и потолок стали плавно смещаться в сторону и я, не удержавшись на ногах повалилась вперёд. Упала мягко и только тогда догадалась, что произошло. Пистолет, зацепившись мушкой за пояс верзилы потащил меня за собой. Выдернула кое-как дуло и направив пистолет на Савву, кажется, нажала. И снова грохот, едкий запах сгоревшего пороха и мгновенная полная тишина. Ага, бывает такое при сильном звуковом воздействии. Сделав несколько глотательных движений тут же отпрянула назад, так как показалось, что Савва, склонившись надо мной дико орёт. На самом деле между нами было не меньше трёх метров, но в этом подвале его крик или скорее вой, мог навести ужас на кого угодно. Он извивался как уж на полу вздрагивая словно в агонии и громко матерясь. И в этот момент я поняла, что тело Саввы дёргается не спазматически, а он левой рукой пытается выдернуть из открытой кобуры ещё один ствол. Открыв рот, чтобы вновь не испытать жуткого грохота потянула собачку. Не очень-то и помогло или вернее вообще не помогло, потому как уши вновь взорвались и слух пропал напрочь.
Дядя Паша стоял с выпученными глазами и не пытался делать какие-либо действия, направленные против меня, а потому я развернулась к четвёртому участнику, Мишину. Тот находился у стены с искажённым от ужаса лицом, хотя, чего греха таить, оно у него такое с рождения и видимо, что-то пытался донести до моего слуха постоянно открывая рот и выставив вперёд руки с поднятыми ладонями. Я человек любопытный, но прекрасно понимала, на выяснение нет ни секунды, так как за спиной находился двоюродный брат моего отца и в данный момент он не был моим союзником. Дважды нажав на спусковой крючок и обернувшись, медленно поднялась на ноги.
Шагнув в сторону и направив ствол пистолета в пол, я, присев на корточки приложила два пальца к шее Игната. Без признаков жизни. Глаза Игоря уже стеклянные, застыли глядя куда-то под стол. Савва тоже не шевелился, но не факт, что его душа уже покинула свою оболочку, а потому рисковать не хотелось, тем более для ушей всё должно было пройти совершенно безболезненно. Пистолет дважды дёрнулся в моей руке, но тело главного злодея даже не шевельнулось. Всё, теперь можно было и осмотреться, к тому же, мой двоюродный дядя, Павел Анатольевич, опустился в кресло и как зачарованный смотрел на меня. Я, сделав несколько глотательных движений и скривившись от боли, которая, резко вспыхнув в голове дезориентировала меня на мгновение, направила пистолет на Мишина и спросила:
- Что он сказал?
- Что? – голос дяди донёсся издалека.
От неожиданности даже икнула, опять преисподняя?
- Я спрашиваю, что он сказал перед тем, как я в него выстрелила.
Павел Анатольевич моргнул и на его лице проявились морщины словно он пытался понять о чём я говорю.
- А, - видимо наконец догадавшись он кивнул, - академик кричал тебе, чтобы ты не стреляла.
Видимо тихо кричал, я его совершенно не слышала. Да и это не главное. Как теперь буду выбираться из этой истории — вот что на первом месте.