Некоторое время лучи фонариков скользили по поверхности озера,пытаясь проникнуть сквозь толщу воды, достать до дна, заставляя меня не шевелиться, чтобы случайно не создать рябь, не выдать своего местоположения. Потом, вероятно, искатели ушли по коридору, потому как наступила полная темнота и я уже было решила вынырнуть, чтобы оценить обстановку, но в этот момент, где-то впереди забрезжил свет. Свет? В толще воды? Или это то самое восприятие, не вызванное реальным элементом?
А что ещё я хотела получить, покинув отделение онкологии? Мне ведь говорили, что на фоне частой адской боли у меня появятся восприятия без объекта, витиеватые, которые характерны для шизофрении. Или я на самом деле не здесь, а в гипнотическом состоянии, в глубокой медитации или в состоянии транса. Я даже холод перестала ощущать, разглядывая непонятное свечение впереди. Там, где по моим понятиям должна была находиться скальная порода.
Да, я помнила, как доктор отделения убеждал меня отказаться от своих планов на последние несколько месяцев. Он утверждал, что если я останусь одна, то зрительные галлюцинации обязательно возникнут. Нет, это не будут какие-то сложные элементы, такие как анимированные существа или яркие сцены космических персонажей. Они будут простыми. Как вспышка или неясный свет в конце туннеля, но визуализироваться с другими размерами, не с теми, которые были бы восприняты, если бы эти стимулы были реальными. Он их ещё называл лилипутскими и гулливерскими галлюцинациями. И что они особенно распространены при органических состояниях, травмах и злоупотреблении психотропными веществами. Как раз мой случай. Свет в конце туннеля.
Несколько секунд не шевелясь, я наблюдала за слабым огоньком, а потом, подхватив рюкзак одной рукой, попыталась сделать нечто похожее на плавательное движение. Ничего не вышло, и я, отпустив рюкзак и не думая о том, какие волны создам на поверхности и заметит ли их кто-то, изо всех сил рванулась к едва видимому сиянию. Через мгновение пришло осознание того, что я не плыву и движения мои больше смахивают на судорожные и паника, захватившая целиком, сжимает горло будто стальными тисками. В голове мгновенно пронеслись вычитанные в интернете симптомы и причины. Это что-то связанное с радиацией, химическими веществами, лекарствами, хроническим воспалением, язвами, инфекциями и ещё какой-то бред, явно не относящийся к моему теперешнему состоянию. Ясно только одно: в ледяной воде не дышать значительно труднее.
А потом сработал инстинкт самосохранения и я, оттолкнувшись от дна, одним быстрым движением выбросила своё тело на поверхность, зажмурившись от яркого света, ударившего в глаза. И замерла, жадно глотая воздух, чувствуя, как меня начинает бить мелкой дрожью. Голову кружило от непонимание происходящего и полного отсутствия реакции у людей, так рьяно направивших мне в лицо свои фонари. Вместо этого донёсся мужской возглас и падение тела. Кто-то громко чертыхнулся. А ещё через секунду, я, внезапно догадавшись, что-то изменилось, со страхом, всё ещё преследующим меня, открыла глаза. Сначала небольшую щёлку и с каждым мгновением всё шире и шире. Какое-то перемещение я всё-таки совершила.
Метрах в двух от озера, прямо на полу, сидел мужчина с выпученными глазами, а рядом лежала перевёрнутая табуретка. Небольшой стол, сколоченный из кругляка и самое невероятное, над ним висела обычная электрическая лампа, тускло освещая подземелье.
Пришло понимание, что между пещерами существует подводный туннель, который я, удачно преодолев, спряталась от преследователей. Рюкзак где-то под водой, но это уже и неважно. Сейчас главное было - выбраться из воды, согреться и даже осознание того, что я голышом окажусь перед незнакомым мужчиной, совершенно не пугало. Ему лет сорок, он вполне симпатичен и гладко выбрит. И одежда на нём вполне опрятная. Нет, это не грязный бомж, поселившийся здесь в связи с отсутствием жилплощади.
С третьей попытки мне хоть и с трудом, но удалось, зацепившись за большой камень, выбраться на твёрдую поверхность. Всё тело так сильно трясло от холода, что руки и ноги совершенно не слушались, а голову мотало словно на шарнирах, как у пьяных сатиров Рубенса.
И что теперь? Рюкзак с одеждой где-то там в ледяных водах, и одеть мне совершенно нечего, чтобы согреться и прийти в себя. С каким-то неприятным осадком пришла в голову мысль, что стою на четвереньках, и подставила незнакомцу пятую точку для обозрения и, сделав попытку подняться на ноги, упёрлась в скальную стену. Удалось и даже смогла развернуться, до того как перед глазами замельтешили чёрные точки. Сделав попытку прикрыть тело двумя ладошками от пронзительного чужого взгляда, представила, как это смотрится со стороны, и вспыхнула, почувствовав, как бросило в жар. Незнакомец, поднявшись на ноги и опершись на табуретку, ни к кому не обращаясь, произнёс, словно констатируя факт: