- Пойдем. – Протянул руку.
Отдала ему свою спортивную сумку с вещами.
Так мы побрели по темным, иногда священными одиноким фонарем, улицам, в сторону моей квартиры.
Он молчал. Я тоже молчала. Просто шла рядом. Потому что так нужно было. Хотя бы для меня. Возможно ему это тоже нужно было. Он несколько раз смотрел на меня, будто хотел что-то важное сказать, но так и не решался.
19
Ночь закончилась быстро. Только сон пришел под утро, когда входная дверь закрылась за Сашей.
Проснулась Марина днем, свернув весь свой рабочий режим на нет.
Проснулась она совершенно разбитая и решила, что сегодня совершенно прекрасное время, чтобы приготовить себе банановые оладьи.
На подготовку ушла пара часов. Собиралось все отчего-то слишком медленно. То кино почему-то долго не находилось, которое можно было включить фоном. Потом это самое кино смотрелось, а Марина лежала на диване свесив голову вниз. Отчего-то ей думалось, что так удобно. Потом Марина вспомнила, что этих самых бананов нет в наличии, и требовалось сходить в магазин, который располагался через дорогу. Только вот и в магазин долго она собиралась. Потом искала музыку, под которую можно собраться в этот самый магазин.
Когда она принялась за готовку было уже больше пяти вечера.
Квартира Сашу встретила шумом и запахом горелого. Играла альтернатива. Очень громко играла. Странно, что соседи еще не сбежались на этот шум.
Марина обнаружилась на кухне. Она пританцовывала у плиты с лопаткой и пыталась что-то не спалить.
Жадно так глотает солнце
Два серебряных крыла.
Милый друг твой не вернётся
В этот город никогда.
И огни усталых улиц
Станут по тебе скучать.
Только им печаль такую
В своём сердце не унять.
И зажигать пьяные звёзды
Нет, без тебя так будет сложно...
Внезапно так она запела. Из комнаты доносились звуки какой-то бешеной альтернативы, а пела она песню группы Би-2.
Крутанулась вокруг своей оси, выронила из рук, лопатки и все так же пританцовывая подняла ее с пола.
Из сковородки дымило. Да и пахло отвратительно. Весь стол был усыпан мукой и какими-то приправами.
Как легко плывут ресницы,
Не узнает твой герой,
Если что-нибудь случится
Где-то за морем с тобой.
С ним теперь другое небо,
Облака над головой..
И ступает ангел следом
Незнакомый и чужой.
И зажигать пьяные звёзды
Нет, без тебя так будет сложно...
Саша стоял и смотрел. Хотелось просто подойти и прижаться к спине. Хотелось жутко, так, что мурашки по рукам бегали.
- Эй! Чего смотришь? – Прокричала Марина.
- Ничего. Вид хороший. – Ответил Кравченко.
- Держи, передаю тебе посох всевластия. – Марина всучила Саше лопатку и села на стул.
- И? – Спросил он.
- Что? Мое сердце требует оладьи. Вперед!
- А можно хотя бы включить Нирвану? – Саша быстро принялся за дело.
Отчего то в его руках любой рецепт получался хорошо, если не идеально.
- Нет, только не эту нудятину. Терпеть ненавижу эту группу. Могу только «Mister Misery».
- Если это что-то подобно из твоего любимого «Job For A Cowboy», то нет, пусть лучше играет эта гадость.
А дальше они сидели и молчали, поедая блинные оладьи и запивая отвратительным зеленым чаем. Просто кто-то забыл купить нормальный чай и поэтому приходилось цедить напиток из чайных пакетиков.
А в жизни все равно что-то не клеилось, не срасталось почему-то.
Нет, Саша отчетливо понимал, почему так именно происходит в его жизни. Отчасти понимал. И не знал по сути, как исправить некоторые вещи, которые он наворотил в своей жизни. А Маринка, его Маринка, сидела и уплетала оладьи, будто ничего и не происходило.
А если быть честным с самим собой, он просто испугался тогда идти дальше именно с Мариной. Ему казалось, что она его душит собой, своей личностью, которая может все на свете, а он только учится. А еще она добивала своей депрессией, когда у нее что-то не выходило. Он просто не смог. Не смог идти дальше со «сложным» человеком.
С Леной было просто, до скрежета зубов просто и возможно даже пресно. Нет, она была идеальной. Такой воздушной до безобразия, как сладкая зефирка идеальной формы и характера. Нет, все было хорошо, ровно до того момента, пока ей, до банальности, не стало требоваться всякое барахло, походы по вечеринкам. Нет, в начале была романтика, даже с Мариной романтики такой не было. С Леной было как-то «правильно» с самого начала и проще во всех отношениях. А потом армия, и вот, Лена уже признается, что изменяла.