Хм, странное такое слово «домой». Туда приходят, там ждут, туда хочется прийти, хочется, чтобы там ждали…
- Мультик смотрю. – Пробурчала я в теплый свитер, в который куталась последний час, потому что мерзла.
Да летом, да мерзла.
- Какой?
- Сейлор Мун. – Прокашляла в этот самый свитер.
- Ты простудилась? – Уточняешь ты.
- Возможно. – Отвечаю, переключая на другую серию.
А свитер, кстати, был твой. Отвратительно мягкий и такой же отвратительно теплый, пахнущий обычным таким порошком. Обычным таким тайдом без кондиционеров и прочей ерунды.
- Давно? – Спрашиваешь ты, садясь передо мной на колени.
- Дня три. – Пожимаю плечами и прибавляю звук.
Не хочу слушать тебя. Опять ведь глупость скажешь. Какую-нибудь очередную про вызов врача, больничный…
А врач у меня уже был и лист нетрудоспособности на руках. Нашли целый бронхит. Летом. Какая дичь. У меня все было по-другому, не бронхит, астма бронхиальная и обычное такое ОРВИ, но там же доктор сидел наверное, ему виднее.
- Доктор? – Вот и очередная банальность от тебя.
- Уже.
- Больничный? – Вторая банальность.
- В процессе. – Отвечать лениво, словно я в коконе из жидкого и теплого киселя.
- Хорошо. Сделать чай с имбирем? – А вот это что-то новое. Ну почти новое, не знакомое почти.
Передергиваю неопределенно плечами, мол делай, все что хочешь. Прибавила еще звук.
Ты встал и ушел на кухню. Загремел посудой. А у меня кончился анальгин от температуры, и я глушила парацетамол, который не помогал почти. А супрастин предрасполагал ко сну вот весь день, пока ты не явился. Ещё ребята приезжали со скорой, порадовали преднизолоном в вену.
Хочется, чтобы ты ушел, просто потому что я устала от тебя, от твоего появления в моей скучной жизни, от того, что с этим появлением все катится к чертям, происходит что-то непонятное. Я нервничаю, следовательно болею на фоне нервов. А это плохо. Или не очень. Я запуталась и хотела просто отдохнуть, даже не разбираться в этом во всем. А ты проблем подкинул, Сашка. И за это я тебя ненавидела. Хотя бы просто потому что могла себе это позволить.
А, явился с моей кружкой с бешеным енотом на которой была написано матерное слово "пролюбила (замена приличная) момент, вот и радуйся". Чай был с имбирём и облепихой. Знаешь гад, что мне нравится облепихой чай. Рядом банка малинового варенья, которого так то у меня не водилось, какие-то печенюхи, которые я практически не ем. Себе же кофе сделал, ага, за это тоже ненавижу.
- Пей, пока теплое. - Тихо сказал, практически угрожая.
- Ога.
Чай тихо исчезает из кружки, кофе пахнет привлекательно. Хочется. А лень идти за ним, пусть просто пахнет - тоже вкусно.
Печеньки пропадают. А есть я не хочу. Ты их трескаешь, довольно уничтожая каждую.
- Чего хочется? - Спрашиваешь, ставя на паузу мой мультик, а там драма же, Мамору опять потерялся.
- Мультик досмотреть. - Детский сад, ага.
- А вообще?
- Когда ты съедешь?
- Насколько бы нагло это не звучало, но я не хочу съезжать. Мне нравится тут. - А глаза хитрые такие, куда бежать.
- А мне нет. Так когда съедешь? - Упрямая.
Вроде вот мужик, он даже тебе симпатичен иногда, но ужасно ты его ненавидишь, просто потому что он есть, живёт такой молча, даже от жизни все получает. И мозги тебе на месте в большинстве своем, и природа не обделила внешностью, и с людьми быстро сходится, талантливый, на гитаре играть умеет даже. Да много всего, эдакий победитель среди обезьян на ветке современного общества. Уж простите. Бесит просто.
- Марин, любые твои условия. Взамен одного маленького шанса.
- Зачем? Глупый что-ли такой, что на те же грабли наступить хочешь?
А я ведь реально не понимала зачем ему это все. И не хотела я шансы давать какие-то непонятные. Все же проходили, знаем ведь, что дважды два - пять, ан нет, туда же на подвиги тянет, словно после того, как шампанского пригубил бутылку. Смелый. Я тоже смелая. Смелее стала, наглее даже. Одно другому не мешает.А может просто уже профессиональное выгорание, что все настолько по боку. А может и температура с супрастином подружились против меня. В общем я сказала:
- А справишься? Я же не наивная девчонка уже давно так. Пришел, увидел, победил теперь не выйдет. Я же знаю тебя, вот до каждой косточки и сухожилия, до каждого мускула на лице.
- Страшно не страшно, но хочется. Хочется что-то адекватное в жизни...
Тут я смеюсь, постепенно захлебываясь кашлем, а ты такой, прям рыцарь с баллончиком лекарства на помощь летишь. Пшик, отпустило вроде. Тут же мне в лапки водичка теплая.