- Давай все выкинем, хорошо? - Спрашиваешь ты, стягивая ткань.
Делай что хочешь, честно. Просто что-то делай, мне так спокойнее, мне так дышать легче. Ах, да, я все ещё хрипела, со свистом втягивала воздух.
- Где твое лекарство? - Шепчешь ты куда-то мне в колено, которое подогнется от мурашек, которые побежали от твоего шепота.
- Там… - Неопределенно мотаю головой.
- Хорошо, сейчас принесу. - Ты усаживаешь меня в ванну, немного наполненную горячей водой.
Тело пробивает тысячами иголок от кончиков пальцев и до самой макушки, горячих, как вода в ванной.
Возвращаешься за какие-то секунды с одеждой и моим лекарством, которым я не пользуюсь почти, потому что астма редко себя проявляет.
- Не хуже тут? - Спрашиваешь.
- Нет... - Опять этот хрип.
Ты помогаешь мне распутать волосы, поливая их шампунем, который пахнет крапивой, намыливаешь душистым мылом мочалку и протягиваешь мне. Дальше на лезешь. Отворачиваешься. Ждёшь. Я бы оценила, честно, этот жест, но не сейчас.
Кажется, вся кожа пропахла дождем и едой, которую ел Петр. Мне кажется я могу разобрать этот запах на составляющие начиная от колбасы и заканчивая чаем, который он пил…
Помогаешь выбраться из ванны, обтираешь своим пушистым полотенцем, помогаешь одеться. Даже носки теплые притащил. Свои. А меня даже после горячей воды продолжало трясти.
Отвел меня на кухню, притащил плед, укутал в плед по самую макушку. Бездна, да я, наверное, глупо смотрелась, завернутая в плед. Какая глупость, думать о том, насколько глупо я смотрюсь в пледе…
- Так, перестань! – Говоришь ты серьезно.
- Что? – Эта фраза меня словно из воды выдернула на поверхность.
- Я знаю этот взгляд. Ты сейчас начнешь зарываться в себе, будешь искать в чем ты там виновата.
- Ммм…
- Именно. Сейчас ты выпьешь кофе, самый отвратительный, который я только могу сделать, с сахаром, я помню, что ты не ешь сладкое, но кофе будет сладким. Завтра на работу?
- Угу.
- Хорошо.
А что в этом хорошего я так и не поняла.
30 Ночной интерактив
От кофе я сплю.
Недолго.
Через пару часов я проснулась. Была ночь. Хотелось пить. Ну и было жарко, потому что я так же была запакована в плед.
Чайник стоял еще теплый.
- Не спишь? – Ты заходишь на кухню.
- Пить захотелось.
- Хочешь поговорить? – Спрашиваешь ты, наливая и себе воды.
- Не знаю. – Пожимаю плечами и сажусь на стул.
Молчим. Как совершенно недавно молчали под запах кофе.
Но ты нарушаешь это молчание.
- Меня всегда интересовал вопрос, почему именно я.
- Меня он тоже интересовал…
Да, определенно я думала над тем, почему именно ты, почему именно тогда…
- Возможно в тот момент, когда было нужно появился именно ты. Возможно потому что в тот момент именно ты меня поддержал. Или просто пришедшее сообщение Вконтакте: «эй, привет, а что делаешь?». И куча вопросов после.
- Что правда я был таким дибилом? – Ты засмеялся. – Просто вот написать незнакомому человеку такое?
- Да ты и сейчас не особо умный. – Пожимаю плечами.
- Правда так написал?
- Почти. Не помню. – Я задумалась. – А потом просто возникла потребность в этом общении вечерами по два-три часа. Урывками утром. Верните мой две тысячи одиннадцатый год! Как же тогда было все просто, все по подростковому приятно и без лишних заморочек. Нет, мы конечно были заморочены. Я заморочена учебой, мне интересно все, хочется узнавать и применять на практике полученные знания. И тут ты появляешься. Просто берешь и появляешься тогда, когда я никому не нужна. Мать занята сестрами, когда меня не воспринимают вообще в том же колледже в серьез. Подруга занята своим месячным ребенком. Короче я одна. И тут ты. И ты такой же, чуть удачливее. Намного удачливее. И теперь нас двое. Ты и я как отдельные сегменты одной монетки. Ты же знаешь, не люблю я показывать свои чувства. Хотя, кого это когда волновало, что я там люблю, а что нет. Бездна, какой бред я несу.
- Нет, продолжай. – Говоришь ты.
- Я не заморачивалась никогда на тему любви. Блин, да мы с тобой были идеальны для всех, даже для моей мамы. Да и что такое эта ваша любовь? С чем ее едят? В тот момент я ни черта не понимала. Ты мне понравился весь. Домашняя девочка влюбилась! – Стало смешно и горько от воспоминаний.