Без лишних слов.
- Нет, я почти пришла. – Ответила она и отключилась.
Я заметил ее еще до того, как она дошла до пешеходного перехода, который регулировался светофором.
Она меня кажется заметила только тогда, когда загорелся зеленый свет и модно было переходить через дорогу. И мы пошли, как в фильме навстречу друг другу.
А дальше словно в замедленной съемке этого самого кино я услышал шум и повернулся. По дороге несся автомобиль, прямо туда, где шла Марина, и даже не тормозил. Я посмотрел на Марину, кажется, она ничего не слышала. Я не помню, что я ей кричал. Я помню, как бежал к ней, но не успел. Машина просвистела практически рядом на бешеной скорости, оставив после себя лежащую на асфальте Марину. Вокруг стремительно расползалась кровь, которая была похожа в свете фонарей скорее на мазут…
37
Саша плавал в каких-то своих мыслях первые минут десять, когда скорая завезла Марину в реанимационное отделение. Иногда ему казалось, что все происходит слишком медленно, слишком молчаливо. Никто его не спрашивал, как в зарубежных фильмах, кто он, кем является пострадавшей. Всем было наплевать на Сашу, все были заняты Мариной.
- Ну слушай, иди пока что домой. – К Саше подошла женщина из скорой, которая ее привезла.
- Нет. Там Марина... – Охрипшим голосом сказал Саша.
- Точно говорю, иди домой. Хотя бы переоденься съезди. Марина стабильно в тяжелом состоянии.
- Как Вы можете так просто говорить? – Возмутился Саша.
- К сожалению, больше ничего не могу сказать. Мы так же переживаем за нее, все же не чужая нам.
- Тут буду. – Упрямо произнес Саша и сел на твердый стул.
- Хорошо, постараюсь позже заехать.
Женщина не торопливо удалилась, оставив Сашу наедине со своими мыслями.
Футболка прилипла к груди, словно панцирь. К груди, в которой отчего-то щемило. Щемило так, что хотелось скрежетать зубами. Скрежетать зубами так, чтобы смолоть их в крошку… Только смысла в этом не было ровным счетом совершенно никакого. Ведь уже ничего не изменить. Да и толку думать о том, что можно было бы изменить. Выйти там чуть раньше, или вообще встретить на вокзале.
В дверях реанимации показалась санитарочка с пакетом.
- Держите. И вот еще. – В ладонь Саши перекочевал пакетик с серебром: серьги, кольца, пара цепочек. – И списочек возьми, надо будет принести завтра.
Саша смял бумажку в руке.
- Не переживай, все будет хорошо. – Кивнула ему санитарочка и скрылась за белыми дверями реанимации.
Пакет завибрировал. Потом начал подавать звуки. Саша полез в пакет и выудил оттуда телефон с разбитым экраном, с разводами крови в трещинах.
- Ну ты доехала? – В телефонной трубке раздался голос Тимура.
- Машина… Ее машина сбила. – Заговорил Саша каким-то не своим охрипшим голосом.
- Где? – Спросил Тимур.
- В реанимации…
Телефон отозвался короткими гудками, которые пронзили до самых костей, как будто кардиомонитор, который отсчитывает удары сердца, а потом, когда не находит их, начинает истерично пищать.
Телефон выпал из руки и упал на пол…
Саше почему-то показалось, что это кардиомонитор Марины начал противно пищать… Саша вскочил, кинулся к дверям реанимации и начал стучать по ним…
- Эй, ты чего? – Перепуганная санитарочка выскочила из реанимации.
- Там Марина! Пустите…
- Не положено!
- Пустите! – Саша попытался отпихнуть ее, но женщина резко закрыла перед ним дверь.
А дверь все так же сотрясалась под ударами кулаков, словно это что-то решало в жизни.
- Парень, давай спокойно, иначе выпровожу… - Дверь реанимации открылась, оттуда вышел доктор в смешной шапочке с какими-то мультяшными героями.
- Ты не понимаешь… - Саша навалился спиной на двери и сполз вниз, схватившись руками за голову.
- Все я понимаю. Каждую смену знаешь ли со смертью соперничать приходится. А ты тут своими криками не поможешь. Сходи домой, переоденься, возьми кофе, и мне возьми тоже.
- Почему так все несправедливо? – Скорее всего Саша спрашивал не доктора в глупой шапочке, а самого себя.
- Потому что все происходит вовремя, как бы оно поздно или рано не происходило. – Ответил доктор, сев рядом на пол.