Надо же, как быстро уснул! Нервы поистине железные. Я, недовольно просверлив своего спутника раздраженным взглядом, укутавшись в плащ и сгорбившись на пенечке, словно древняя старуха, стала исправно нести свою вахту. Благо я худо-бедно научилась в Скайриме определять время, и когда перевалило за полночь, я почти клевала носом. Посмотрев на сопящего эльфа в расслабленной позе, я глянула на свой спальный мешок и, развернув его, разувшись, забралась в него. Ничего страшного ведь нет, если я покараулю лежа? Осталось-то всего не много, а потом и дежурство передам... В какой миг я уснула, ежась от холода, не помню, но зато хорошо помню, как в один прекрасный момент стало так жарко, словно я на печи лежу, и, после этого, отогревшись, я окончательно провалилась во тьму.
Замок Волкихар
Пламя свечей трепетало от ветра, просачивающегося в узкие щели, отбрасывая причудливые, а порой зловещие тени на каменные, ничем не прикрытые стены. Обрывки густых нитей паутины, свисающей с низкого потолка, мотылялись из стороны в сторону, напоминая рваное одеяние призрака. В молельне витал застарелый запах гнилого мяса, смешиваясь со свежей кровью обглоданного черепа, принесенного в знак подношения Отцу Чудовищ лордом Харконом.
Мужчина стоял у статуи Молаг Бала, задумчиво смотря на нее красно-золотистыми глазами. Скоро Бал получит свою жертву, но еще сильнее возвеличится в змеиных глазах бога, когда его псы найдут дочь. Серана снова сбежала от него, неблагодарная девка! Разве она не понимает, какую он ей оказывает честь? Совсем недавно она мечтала о смерти, и вот он предлагает ей покой не только тела, но и души. Так чем она теперь недовольна?
Неожиданно воздух в комнате сгустился, приобретая объемность и тяжесть, давящую на барабанные перепонки. Все звуки мгновенно пропали, и лорду Харкону на какое-то время показалось, что он оглох.
– Мой драгоценный сын, – раздался шипящий, скрежещущий, пропитанный ядом голос даэдра, Лорд мгновенно преклонил колено перед статуей, почтительно опустив голову. – Давно от тебя не было подарков.
– Совсем скоро… Жертва оказалась непослушной, мой Бог, – спокойно произнес Харкон, поднимаясь с колена и заглядывая в каменные глаза статуи.
– Я жду. – И в этом голосе, гуляющем от пола и до потолка маленькой комнаты, слышалось неприкрытое желание вперемешку с нетерпением и многообещающий намек Харкону, если он преуспеет в своих стараниях.
– Но вы не за этим пришли в мой дом?
– Верно. – В комнате вновь застыла тишина, тяжелым саваном ожидания упавшая на горящие свечи и скамьи, покрытые красными тканями. – Твоя жертва не будет иметь смысла, если «поцелованная» Меридией доберется до тебя и уничтожит.
– «Поцелованная»? – изумился Лорд Харкон, приподнимая темные брови. – Объясните, мой Принц, боюсь, я не совсем понимаю, о чем речь.
– Меридия узнала о твоем плане, сын мой, и выбрала из народа носителя своего Света. Эта Избранная Меридией собирается встать на пути всех моих отпрысков, обосновавшихся в Скайриме, а ты ведь понимаешь, чем это грозит тебе?
– Ну, от половины я бы и сам избавился, слишком много слабых развелось, – задумчиво, хмуря брови, проговорил Харкон, поглаживая бороду пальцами.
– И я согласен с тобой, дитя мое, но сейчас каждый вампир будет на счету, даже самый никчемный. – Голос на мгновенье замолчал, словно обдумывал дальнейшие слова, и между тем давал несколько минут усвоения информации Харкону. – Я даже не буду против, если ты потом от них избавишься, принеся в жертву мне… Но только потом, когда опасность минует.
– Где мне ее искать?
– Мои шпионы донесли, что она направляется в Солитьюд. Пусть твои сподручные ждут там.
– Описание, – коротко бросил Харкон.
В воздухе появилась круглая сфера, заполненная внутри белесым туманом, который, пойдя рябью, нежно обласкав хрустальные бока, стал расходиться в стороны. Дымные щупальца практически вжались в стенки, когда в самой середине шара вспыхнула картинка с изображением девушки.
– Возьми этот шар и покажи всем. Пусть ищут. – Приказал свистящий голос даэдра.
– Как долго продержится изображение?