После той настойки, что Даэквелл мне дал, мое состояние хоть и было все еще вялым, но улучшения уже были на лицо: горло першить перестало, а нос не закладывало.
– За что? – не понял мой красноволосый спутник, чуть косясь на меня через плечо – я вновь плелась позади него, не поспевая за его шагом.
Длинноногий, блин.
– За лекарство. Кстати, а что это ты мне подлил сегодня в питье? – поинтересовалась я, вспоминая, как Даэквелл что-то плеснул из бутылочки зеленого цвета в мою кружку с чаем.
– Это укрепит твой организм. Месяц приема, и реже станешь болеть.
– О. Полезная штука, однако. Словно живая вода. – Я бросила быстрый взгляд в его сторону и, немного замявшись, краснея, проговорила: – Ты мне ее подаришь?
– Подарю? – Даэквелл удивленно воззрился на меня, а затем покачал головой. – Продам.
– Но у меня совсем мало денег, – пробормотала я, уставившись себе под ноги. Чувствую, это лекарство не из дешевых.
– Женщина, ты хоть знаешь, сколько стоит одна трава для изготовления этого зелья?
– Даже боюсь предположить. – Вот, как и думала, лекарство из дорогих и мне не по карману.
Оставшийся путь до Солитьюда мы проделали молча. Иногда нам попадались путники, идущие из города по своим делам, один раз проехала повозка, груженая бочками. И ни одного стражника. Я изредка поглядывала на своего спутника и гадала, почему он так открыто идет, даже не пытаясь скрыть свое лицо. Ведь если эльфа разыскивают, то должны висеть листовки с его изображением, а значит, каждый стражник в курсе о нем. Нахмурившись, потерла переносицу: и чего это, спрашивается, меня должно это беспокоить? Если уж сам Даэквелл ведет себя беспечно, то это тем более не должно меня интересовать.
Вскоре я заметила высокие стены города, и на мое лицо невольно наползла счастливая улыбка. Наконец-то я дошла! Из загонов донеслось ржание, когда мы проходили мимо конюшни, а квохчущие куры старались убраться с нашего пути, боясь быть затоптанными. Мимо нас широким и тяжелым шагом прошагал стражник, позвякивая кольчужной броней. Окинув нас не совсем веселым взглядом, бородатый мужчина, миновав повозку ожидающую своих пассажиров, скрылся за углом сторожевой башни.
***
Город нас встретил теплом улиц, яркими флажками и многолюдностью. Приятный сладковатый запах ядовитых колокольчиков, росших прямо у ворот, заполнил легкие, заставляя желать, как можно больше вдыхать его. Открыв рот, я вертела головой, читая вывески и осматривая убранство города: тут было красиво, и дома выглядели богаче.
– Подайте бедному бездомному на пропитание.
Я подпрыгнула, услышав рядом скрипучий голос. Посмотрела на нищего в потрепанной серой рубахе и зеленых штанах в заплатках. Практически беззубый рот растянулся в лилейной улыбке, говорящей мне о том, что я должна была повестись на нее и клюнуть на его жалостливый взгляд. И, надо признать, я повелась. Достав пять золотых – о да, на эти деньги нищему можно хорошо покушать – я уже почти вложила их в протянутую грязную ладонь, как на моем запястье сомкнулись серые пальцы с темными ногтями, а стальной голос над ухом произнес:
– Она добрая, а я нет. Исчезни.
Нищего как ветром сдуло, только голые пятки засверкали, так быстро он улепетывал.
– Он же голодный! – возмутилась я, разворачиваясь и с укором глядя на Даэквелла.
– И? – Он скептически приподнял бровь. – Каждого будешь кормить? Учти, этих попрошаек на каждом углу по двое-трое. Хватит золота раздать им?
– Нет, но…
– Значит, тема закрыта, – отчеканил эльф, обрывая меня на полуслове.
– Ты совершенно бесчувственный! – сердито пропыхтела я, чуть притоптывая ногой.
Неожиданно Даэквелл резко склонился ко мне, обдав лицо теплым дыханием, а затем ухо обжег горячий шепот:
– Я мог бы показать, насколько могу быть чувственным. Но боюсь, народ неправильно нас поймет.
Мое сердце зашлось в бешеном ритме, а дыхание перехватило от расходящихся щекочущих волн, возникших в грудной клетке от завораживающего голоса Даэквелла. Ай-яй-яй! Это опасно! Я только-только стала забывать о его объятьях и жаре тела. Но краснеть от смущения мне долго не дали, всучив в руки мою поклажу и развернув лицом к таверне «Смеющаяся крыса», мягко, но настойчиво подтолкнули в том направлении.