Больше не говоря ни слова, КꞌСор перехватил меня за локоть и потянул за собой. Доверившись его ночному зрению, я безбоязненно переставляла ноги, отложив все вопросы на потом. Но… и уйти отсюда я не смогу, придется ему об этом сказать.
Но стоило нам покинуть темный подвал, как услышала возмущенный голос Грима.
– Никуда я не пойду! Я здесь останусь!
В коридоре было не так темно, и поэтому смогла увидеть, как спутник КꞌСора тащит за руку упирающегося обеими пятками в пол парня. Остановившись, именуемый КꞌСором Видхар переглянулся с каджитом и отпустил парня.
– Да мне все равно, можешь подохнуть здесь.
Грим мгновенно ретировался назад, закрыв за собой дверь. И даже обо мне не поинтересовался! Но винить не собираюсь, понимаю, что сейчас он чувствует. Лучше пусть прячется дальше.
Поднявшись по ступеням, я зажмурилась; свет от факелов и свечей для меня после кромешной тьмы показался слишком ярким. Протерев глаза и открыв их, посмотрела на каджита, и раскрыла рот от изумления.
– КꞌСор, ты Страж Рассвета?!
– Не ори, – рявкнул на меня Видхар. – Хочешь вампиров привлечь?
А я глупо хлопала глазами, осматривая полосатого друга в серо-голубой броне Стражей. Я совершенно ничего не понимаю. Если КꞌСор состоит на службе Стражи Рассвета, то почему он мне врал?
О, Мара, мне все лгут! Алдуин их всех сожри! Как же обидно. Но, как и в случае с Веллом, я могла его понять. Кто в здравом уме выложит незнакомцу всю свою биографию на блюдечке? Только слишком глупый или до безобразия доверчивый и наивный человек. Ну или, в скайримовском случае, существо.
Спутник КꞌСора, молча и не дожидаясь товарища, рванул в сторону коридоров, держа на изгибе локтя тяжелый арбалет, побуждая и нас тем самым следовать за ним.
Не имея шанса говорить (вернее, я могла бы, но не решалась), шла за каджитом, боясь спугнуть наступившую тишину неосторожным словом; уши на его голове постоянно шевелились или замирали, как и сам кот, на пару секунд. Его товарищ давно успел от нас оторваться и завернуть за угол.
– Как-то тихо, КꞌСору это не нравится, – негромко сообщил каджит, нервно дергая хвостом.
Да, это я уже заметила и была в большей степени уверена в победе вампиров. Я окинула крепкую фигуру кота в броне Стражей Рассвета, идущего впереди меня с зачарованным луком наготове, и нахмурилась. Он станет мишенью, если вампиры одержали верх, а скорее всего, это так и есть.
– КꞌСор, я…
И в этот момент раздался короткий вскрик: не испуганный, не наполненный ужасом, а какой-то раздосадованный.
– Видх-ха-ар, – прошипел на выдохе КꞌСор, чуть сгибая ноги в коленях и прижимая уши к голове. И затем побежал туда, откуда эхом доносился шум драки и рык собаки.
Гончая.
– КꞌСор, стой! – крикнула я, подрываясь за ним и вытягивая руку в надежде схватить, но этого даже не потребовалось. Каджит остановился так же резко, как и сорвался с места. До моего слуха долетело рассерженное кошачье шипение и глухой рык.
Собаку я видеть из-за спины КꞌСора не могла, но знала; сейчас они не спускают друг с друга взглядов.
Дальше все произошло на автомате: заметив, как мой дорогой каджит вскидывает лук, я рванула вперед, схватив его за руку, забежала наперед. И вот я уже стою спиной к коту и лицом к гончей смерти, раскинув руки в стороны, словно Иисус, прибитый к кресту. Мои глаза попали в плен темно-рубиновых глаз, горящих жаждой крови и масштабного убийства. Я смотрела в них с огромным страхом, забившимся у меня в горле.
Как же я боюсь этих собак! До потери сознания, до нехватки кислорода. Своим жутким видом они выжигают не только мою кровь, но и останавливают сердце, а голова перестает работать и остается только один животный страх. Ни одного создания я так не страшусь как гончих. Свое название они полностью оправдывают.
Вот и сейчас я стояла, мелко сотрясаясь от ужаса и отстранено удивляясь, как еще ноги, ставшие свинцово-ватными, все еще продолжают держать меня. И я даже что-то говорила, но из-за бешено бьющегося пульса в голове не слышала не то что голоса – собственных слов.
В груди почувствовалось знакомое тепло, перерастающее в жар, и в следующий миг, сконцентрировавшись в районе груди, где с кожей соприкасался подарок Азуры, по моим венам побежали наступательные теплые волны. И слабое, еще не губительное свечение, покрыло мое тело от макушки до пят, с каждой секундой разрастаясь и становясь ярче.