Нужно срочно взять себя в руки.
Я закричала, приказывая псине убираться. Пусть и не люблю их, но они верные помощники Лианона. И если я изжарю ее, то не думаю, что меня погладят по головке. Особенно Дьюри с Финн – эта парочка обозлится еще больше. А портить отношения с ними мне не с руки.
В глазах животного промелькнуло понимание вперемешку со страхом и, развернувшись, гончая помчалась прочь вглубь полутемных коридоров. Будь у нее хвост, наверняка бы поджала.
И только после того, как гончая размытой кляксой исчезла за углом, я зажмурилась, пытаясь унять бушующий во мне ураганом ужас и погасить губительный свет. Осторожно опустившись на колени, оперлась руками о холодный пол; пусть немного, но это приносило облегчение. Сквозь шум в ушах услышала обеспокоенный голос КꞌСора.
– КꞌСор в недоумении, что с Нинель? – меня обняли за плечи в дружеской поддержке, и я успокоено выдохнула.
Тепло, что не успело перерасти в полноценный жар, отступало. А глаза уже перестал резать свет собственного тела. Блин, словно Святая какая, нимба над головой только не хватает и белоснежных крылышек.
– Уже все хорошо, – проговорила я, отталкиваясь от пола и полностью усаживаясь на колени. Открыв глаза, удовлетворенно отметила, что никаких цветных пятнышек не наблюдается и помещение не качается.
Но радость моя была скоротечной. Из темноты коридора соткался Лианон и черным ураганом обрушился на ничего не ожидающего КꞌСора, оторвав его от меня. Глухо ударился о пол выроненный лук; зачарованные руны тихо, но сердито зашипели, точно змеи, мгновенно стихая. Я вскрикнула и, извернувшись, успела ухватить древнего за край плаща и потянуть обеими руками на себя со всей силы, что внезапно активировалась от осознания, что каджиту сейчас перегрызут горло.
– Лианон, нет! – в пылу чуть не выкрикнула: «Фу, сидеть», ладно, вовремя прикусила язык. За такие слова древний мне бы наверняка голову оторвал.
Так и застыли: я, сидевшая на коленях и тянущая на себя темную, а где-то и подпаленную ткань плаща; Лианон, припечатавший к стене КꞌСора одной рукой с отросшими когтями, сдавливающий его шею, и КꞌСор, ошалелыми глазами смотрящий на вампира. Сюрприз внезапного появления Лианона удался.
Вампир покосился на меня через плечо, одарив обжигающим золотистым взглядом, и вопросительно приподнял бровь, молча требуя объяснений.
– КꞌСор мой друг. – Я все не решалась выпускать плащ из своих рук и только крепче сжимала, не спуская взгляда с глаз Лианона.
– Вампиры не в очень хороших отношениях со Стражами Рассвета, – прошептал мне на ухо мягкий голос. Я вздрогнула, но скорее от теплого дыхания, пощекотавшего мне кожу, чем от испуга.
– Я знаю, – обернувшись, я чуть не столкнулась в прямом смысле носами с Веллом. Инстинктивно отстранилась, мгновенно покраснев, так некстати вспомнив все поцелуи. – Но КꞌСор вам не причинит вреда.
– Я не могу оставить его в живых. Он убил многих из моих подчиненных, и даже если я не буду искать мести, другие вампиры точно станут точить на него зуб за своих товарищей, – спокойно проговорил Лианон, продолжая удерживать каджита, и смотреть на меня немигающим взором.
– Отдайте его под мое покровительство, – выпалила я, сильнее сжимая концы плаща в руках. Раз отпускать КꞌСора не собираются, то, может, хоть сделать его своим пленным.
– А если он сбежит? – чуть прищурившись, поинтересовался вампир у меня.
– Я беру всю ответственность на себя, – твердо произнесла я. В глазах древнего мелькнуло колебание: видимо, его решение, принятое изначально, пошатнула моя уверенность, прозвучавшая в словах и голосе. По крайней мере, очень на это надеюсь.
– КꞌСор не убежит. КꞌСор не подставит Нинель, – прохрипел придушенный каджит, привлекая внимание древнего.
– Лиан, дружище, – Велл легко поднялся с корточек и мягкой поступью подойдя к древнему, закинул одну руку тому на плечо. После, даэдра весело проговорил: – Отпусти котика.
Эта просьба была настолько неожиданной, что я открыла рот от изумления, каджит выпучил глаза, а Лианон нахмурился еще больше.
– Ты… – чуть шипяще начал древний, но был нагло перебит.