Ничего более не говоря, отставшие вампиры, шелестя полами плащей, пошли следом за главой своего отряда, и в скором времени так же исчезли за воротами. Я, выждав пару минут – мало ли, вдруг приспичит кого-нибудь из них вернуться назад – и, стараясь не обращать на глухие звуки, доносящиеся со стороны города, вскочив, метнулась пулей прочь от Вайтрана.
***
Ежась под порывами ледяного ветра, я шустро срезала путь через огороды на дорогу, ведущую… в общем, ведущую в разнообразные поселения и города. Но для начала мне стоило дойти до Западной сторожевой башни. Там должна была находиться стража Вайтрана патрулирующая близлежащую местность и дорогу.
Порвав плащ за низкую ограду, через которую я решила перелезть, и, собрав кочки и коряги на пути, который с горем пополам наметила, так как была почти кромешная ночь и мало что можно было разглядеть под ногами, наконец, доковыляла до дороги.
Зябко передернув плечами, накинула капюшон на голову, плотнее запахнула полы плаща, пытаясь сохранить малое тепло. По обочине дороги, мигая желто-зелеными брюшками, летали небольшими группками светлячки, рядом с ними порхали лунные мотыльки, блестя крылышками, словно те намазанные фосфором. Бабочки то опускались на белоснежную пушицу, то вновь взмывали к своим друзьям светлячкам вверх, танцуя только им одним ведомый танец.
Оглянувшись в последний раз на Вайтран, я прищурилась, пытаясь в темноте разглядеть высокие стены, но видела лишь темный силуэт. Развернувшись, пошла по дороге вниз: нужно скорее дойти до башни, а то мало ли, вдруг отстающих вампиров – не дай даэдра – повстречаю. Пройдя мимо танцующих насекомых, что подсвечивали крохотный клочок земли под собой и которые не обратили на меня никакого внимания, я вновь оказалась в темноте. Но вдалеке, впереди, я вновь заметила тускло поблескивающие брюшки светлячков. Это послужило мне своеобразным маяком в ночи, и я, недолго думая, отправилась на свет.
Небольшое облачко пара вырывалось из моего рта. Мне хотелось поскорее достигнуть своего пункта назначения: во-первых, холодно, во-вторых, надо доложить о чрезвычайной обстановке в городе, а в-третьих, там просто безопасней. Но возможно и не факт. Вдруг вампиры и там побывали? Ведь та десятка где-то задержалась. Нет-нет-нет! Не нужно об этом думать! Все хорошо, там все целы и невредимы.
Дойдя до второго пятачка с танцующими светящимися насекомыми, я попыталась всмотреться в ночную темноту, но буквально через пять шагов всё тонуло в кромешной тьме. Подняв голову к небу, окинула его взглядом и обреченно вздохнула. Ночное полотно закрывали густые тучные облака – потому, и было так темно – изредка выпуская на свет звезды или край большой луны Массер. Это светило было поистине огромным, что пугало и завораживало одновременно, но сейчас я могла любоваться только краями, маленькими его кусочками.
Заставив себя отвлечься от созерцания скайримовского неба – все равно мало что увижу – стараясь не сорваться на бег, пошла вперед, слушая редкую песню сверчков и еле слышимые шорохи, раздающиеся в кустах. Наверняка какая-нибудь мелкая живность, успокаивала саму себя я, до боли в глазах, всматриваясь в непроглядную ночную мглу. Я уже отчаялась увидеть башню, сетуя на то, что, возможно, не углядела и прошла мимо, но как такое вообще могло случиться! Она стоит почти у дороги и не заметит ее разве что слепой.
Неожиданно вдалеке блеснул огонь, но сразу пропал. Затем вновь появился, но уже, с другой стороны. Я от радости чуть не взвизгнула – свет явно от факела – значит, кто-то из стражников делает обход. Ускорив шаг и запахнув вновь раскрывшийся плащ на груди, заспешила вперед, иногда морщась, когда под ноги попадали крупные камни. Из темноты с левой стороны обочины дороги вырос темный силуэт обломка башни, а за ней уже можно было разглядеть и само строение, из узких бойниц и распахнутой двери которого лился желтоватый тусклый свет.
Обогнув обломок, я заметила шлем стражника вместе с кольчужной броней, что блестели серо-белым цветом, а желтая накидка казалась грязно-зеленой в свете, отбрасываемого факелом в сильных руках.
Сделав шаг в сторону мужчины, замерла, заслышав грубый окрик: