Молчу, наблюдая за происходящей сценой.
– Попалась? – едва не мурлычет Макс над ухом моей девочки и у меня отказывают тормоза.
– Отошёл от неё быстро, – грозно рычу, не узнаю собственного голоса и почему-то сжимаю кулаки. Злюсь?
Макс медленно оборачивается и фокусирует на мне удивлённый взгляд.
– Олег? В чём проблемы? – спрашивает сын, всё ещё не понимая.
– Максим. Это я у тебя спрашиваю, что здесь происходит?
Сын молчит, переводя взгляд с меня на крошку. Маша отодвигается от Максима как можно дальше и поправляет на себе рубашку, которая неприлично задралась вверх, обнажив бёдра.
– Олег, всё нормально. Макс всего лишь хотел мне помочь, – говорит Маша, пытаясь ослабить мой гнев.
Робко улыбнувшись, Маша подходит к Максу и протягивает ему нож:
– Вот, держи. Можешь разделать курицу сам.
Макс кивает и забирает у Маши нож. На мгновение их пальцы соприкасаются, и я замечаю какую-то странную химию между ними. Перед глазами появляется густой туман. Я блядь в бешенстве, потому что эта девочка моя!
Подхожу к Машке и, схватив крошку за руку, по-хозяйски притягиваю к себе.
– Я что-то ничего не понимаю. Маша, ты спишь с моим отцом? – удивляется Макс, наблюдая за тем, что происходит сейчас и будто не верит своим глазам.
– Я… – Машка пытается ответить, но я пресекаю её попытку, прикладывая к губам указательный палец.
– Крошка, сходи в спальню и принеси мой телефон, пожалуйста, – командую и Маша подчиняется беспрекословно. Выбегает из кухни, и мы остаёмся с Максом наедине.
Подхожу к кофемашине. Делаю утренний эспрессо и ощущаю на спине тяжёлый взгляд сына.
– Может, ты мне всё объяснишь, Олег? – требует сын.
– А должен? – ухмыляюсь я.
– Было бы неплохо. Но, кажется, я и так догадался.
– Креститься нужно, когда кажется, – поворачиваюсь лицом к сыну и пью из чашки горячий кофе.
– Олег, ты в курсе, чья это дочь? Машка – дочка твоего друга. Она младше тебя в два раза, годится тебе в дочери.
– Спасибо, что сказал, а то я ведь не в курсе.
Недовольно хмурясь и скрестив на груди руки, Макс прожигает взглядом дыры на моём лице.
– Тебе других баб мало, Олег? Почему Маша? Мне даже в голову не могло прийти, что ты спишь с этой девочкой, когда я застал её у нас в кухне. Подумал, друг твой приехал с дочерью… Блядь, ну как так, Олег?
– Я не собираюсь отвечать на твои вопросы, – цежу через зубы.
– Окей, ладно. Не отвечай. Вот только скажи, не боишься, что я всё расскажу твоему другу? – заявляет мелкий, вздумав меня напугать.
Швыряю чашку в раковину, отчего посудина с грохотом падает и разбивается. Размашисто шагаю и оказываясь стоять лицом к лицу с Максом. Сын выдерживает мой взгляд и даже бровью не ведёт.
Не боится засранец, весь в меня.
– Ты не расскажешь, иначе потеряешь всё.
– Это была угроза? – ухмыляется сын.
– Предупреждение, сын. Всего лишь, предупреждение, – качаю головой.
18
Маша
Утро. Я вожусь на кухне с приготовлением завтрака. На сковороде жарятся куриные биточки, а в духовке выпекается шарлотка. Энергия бьёт из меня ключом, настроение отличное, ровно до тех пор, пока на пороге кухни не появляется ненавистная мачеха.
– Хм, что тут у нас? – Мая демонстративно подходит к сковородке и брезгливо морщит нос, оценивая взглядом битки. – Фу, какая гадость. Холестерин в чистом виде. Как такое можно есть?
– И тебе, доброе утро. Мамочка, – дразню мачеху, зная, как она бесится, когда я называю её мачехой.
– Мая. Меня зовут Мая, – возмутившись, завязывает пояс халата на своей талии и скрещивает на груди руки.
Ухмыляюсь в ответ.
Обхожу мачеху, но она толкает меня плечом, и я, не удержав равновесия, наклоняюсь к кухонной плите. Зацепив рукой сковороду, опрокидываю посудину на пол. Раскалённое масло выплёскивается наружу и, попав мне на кожу, оставляет ожог.
– Сука, что ты наделала? – рычу в сторону мачехи, потому что меня переполняет злость.
Подбежав раковине, подставляю обожжённую руку под холодную струю воды. Боль немного стихает.
– Ты просто неуклюжая корова. Вот и всё, – летит мне в спину и от злости я крепко сжимаю зубы, готовая в любую минуту перегрызть нелюбимой мачехе глотку.
– Доброе утро, девочки. Что за крики? – в кухне появляется отец и застывает посреди комнаты, недоумевая, что только произошло. – Что случилось, Маша?
Отец подходит ко мне со спины и пытается заглянуть через моё плечо.
– Эта стерва меня толкнула, и я опрокинула на себя горячую сковороду с кипящим маслом, – цежу через зубы, бросая колкий взгляд в сторону блондинки.