– Она заслужила это, Олег.
– Макс, мне сейчас посрать, заслужила или нет. Я тебя предупреждал не подкатывать к Машке?
– Я не подкатывал, – отрезает Максим, а я глотаю тихий смешок. Не подкатывал? Серьезно?
– Так. С меня хватит. Маша, попрощайся с отцом. Я буду ждать тебя на парковке. Ты знаешь мою машину, – обращается ко мне Олег и я киваю ему в ответ.
Возвращаюсь в ресторан. Подхожу к столику, где сидит именинник. Склоняюсь над сидящем на стуле отцом и ощущаю едкий запах спиртного. Напился. Опять.
– Папа, я уже поеду, – говорю на ухо, чтобы мог услышать только он.
– Куда собралась, мышка?
– Погулять поеду. Извини, мне не интересно с твоими гостями.
Отец криво ухмыляется, отвечая понимающим взглядом, мол, ему тут и самому невесело.
– Снова вернёшься утром? – спрашивает отец.
– Да.
– Машка, вот скажи,я тебя супер-папа, да? Я же ничего не запрещаю тебе, дочь. Всё понимаю, молодость - глупость, бла-бла-бла. Только вот, что хочу сказать, Маша. Не сломай себе жизнь, пожалуйста.
– Ты о чём? – недоумеваю я.
– Мышка, никаких наркотиков, незащищённого секса и азартных игр, хорошо?
– Не бойся, я дружу с головой, – улыбнувшись, целую отца в щеку и в спешке прощаюсь.
Пока миную зал ресторана, думаю об Олеге нон-стоп. Мы не виделись всего лишь немного, а я уже успела соскучиться. Я сгорала от тоски все эти дни, не имея возможности прикоснуться к нему. Потому что я больше не могу жить без его поцелуев и его рук, дарящих мне уют и тепло. Олег – не только мужчина, с которым я трахаюсь, он значит для меня гораздо больше. Он – мой наркотик, с которого я не хочу соскочить. Я подсела на него конкретно и никакое принудительное лечение будет бесполезным.
Подхожу к парковке и сразу же замечаю черный “Гелик”. Машину Олега захочешь потерять из виду, но не получится. Этот огромный сарай на колесах привлекает внимание издалека, точь-в-точь как у Фомы в “Физруке”.
– Добрый вечер, крошка, – Олег широко улыбается и открывает передо мной пассажирскую дверь.
– Привет, – опёршись на предложенную руку, забираюсь в салон, ощущая на своей заднице руки Олега.
Олег помогает мне устроиться на сиденье, садиться рядом и, захлопнув за собой дверь, командует водителю ехать домой.
Смотрю в сторону водителя. Значит, водитель, а не Макс. Прекрасно.
– Я соскучился по тебе, девочка моя, – говорит Олег, обнимая меня за талию и притягивая к себе.
– Я тоже соскучилась, Олег.
Поцеловав меня в макушку, Олег поудобнее устраивается на сиденье, чтоб я могла опереться на его грудь.
Молча едем по ночной Одессе. Минуем Большую и Малую Арнаутскую, Куликовое поле, проспект Шевченко, а затем приближаемся к площади “Десятого Апреля”.
– Мы едем к тебе в Аркадию? – спрашиваю я, ощущая холодный пот, стекающий по спине тонкой струйкой, потому что отчётливо помню ситуацию, когда в новую квартиру Олега посреди ночи припёрся мой пьяный отец.
– Нет, крошка, Таирово. В мой семейный коттедж. Серёга, останови возле ближайшей аптеки, – командует Олег и машина, сбавив скорость,паркуется возле обочины недалеко от ночной аптеки.
– Я быстро, – Олег целует меня в щеку и ненадолго уходит.
Смотрю в след удаляющемуся мужчине, откровенно любуясь его хорошо сложенной фигуре. Что-то, а тело у Олега зачёт. В отличие от моего отца Олег выглядит достаточно подтянутым и крепким. Да у Сокола нет даже и намека на пивной животик.
– Ты быстро, – не успеваю соскучиться, настолько скоро возвращается Олег.
– Ага. Домой, Серега, – командует Сокол и протягивает мне две небольшие упаковки.
– Свечи?
– Да. Сегодня они нам понадобятся, – Олег отвечает обыденным тоном, а я вжимаюсь в спинку сиденья, читая название препаратов «Эротекс».
“Гелик” выруливает на знакомую улицу. Фонари освещают дорогу, ведущую к дому Сокола. Отчего моё сердце прыгает по всей грудной клетке.
– Маша? – Олег первым выходит из автомобиля и протягивает мне руку.
Опираясь на предложенную руку, выхожу из машины. Обняв меня за плечи, Олег гладит мою руку чуть выше локтя.
– Что-то ты молчаливая, крошка. Есть причины?
– Макс. Вот и все мои причины.
– Он тебе угрожал?
– Хуже.
– Что может быть хуже, детка?
Резко остановившись, поворачиваюсь к Олегу лицом. Заглядываю в его глаза и пытаюсь предугадать реакцию. Случится ли сейчас Армагеддон или последует лишь штормовое предупреждение?