— А Вы, Вероника Юрьевна, случайно замуж на днях не выходили?
— Выходила, — запоздало вспомнила я о своём именно случайном замужестве. Ден внёс изменения лишь на одном сайте, но, похоже, персональная информация обновилась автоматически везде, и даже в моей медицинской карте.
— Так как тебя теперь зовут? — подмигнул доктор.
— Вероника Немова, — прошептала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Вчера после успокоительного укола я забылась в медикаментозном сне и лишь сейчас, услышав фамилию Димы, вновь нырнула в омут пережитого ужаса.
— Ничего-ничего, — Виктор Степанович сочувственно погладил меня по руке, по-своему поняв мой страх. — Никаких серьёзных повреждений нет. За личико не переживай, Станислав Евгеньевич отличный хирург, он сделал тебе аккуратный косметический шов.
Сквозь застрявший ком в горле я тихо поблагодарила дежурного врача, что ночью осторожно вышивал на моём лице. Тогда, в операционной, я жутко ненавидела этого сосредоточенно-холодного хирурга за причиняемую боль и неспешную работу. А теперь почувствовала укол совести, ведь несмотря на позднее время и загруженность другим больными, Станислав Евгеньевич постарался сделать так, чтобы на моей щеке не осталось и следа после встречи с Диким.
— Позже выпишу тебе специальную мазь, следов не должно остаться, — сухо ответил на мою благодарность Станислав Евгеньевич, но на уставшем после бессонной ночи лице врача все же проскользнула лёгкая улыбка: — нечего такую красоту всякими шрамами портить.
— Через три дня мы отпустим тебя домой, — вновь заговорил заведующий отделением. — Конечно, тебе придётся строго выполнять рекомендации лечащего доктора, пару месяцев походить в корсете, чтобы рёбра срослись, и приехать повторно на контрольный рентген. Договорились?
Я согласно кивнула, полностью доверяя мнению пожилого врача, в чьих глазах читалась неподдельная забота. Заведующий перекинулся с докторами ещё парой непонятных фаз и заверил, что со мной всё будет хорошо. Вот только я знала — пока Дима остаётся в США, хорошо не будет! Смахнув успевшую скатиться по щеке слезу, я попыталась выдавить улыбку. Нестерпимо хотелось поскорее отделаться от пристального внимания врачей и в одиночестве предаться своим переживаниям.
Опытный доктор совершенно не поверил моим неуклюжим попыткам его обмануть, но в душу лезть не стал, за что я была особенно благодарна. Перед уходом Виктор Степанович, окинув меня очередным внимательным взглядом, черкнул что-то в планшете. Молоденькая медсестра в жизнерадостном ярко-розовом хирургическом костюме понимающе кивнула и скрылась за дверью, побежав выполнять назначения врача.
Палата вновь погрузилась в тоскливую тишину белых больничных стен с запахом дезинфицирующих средств. Тупая боль от сломанных рёбер, не позволявшая нормально двигаться, сменилась давящей тоской. Да, теперь я в безопасности и моей жизни больше ничего не угрожает, но Немов до сих пор оставался в руках у американских спецслужб. Мне так и не удалось понять задуманное хакером, отчего тревога с каждой секундой нарастала всё сильнее. А вдруг он не сможет осуществить свой план? Что тогда?
Сердце безумно заколотилось в груди, реагируя на очередной приступ паники. Превозмогая боль в груди, я сползла с кровати, закутываясь в больничный халат. Нужно было срочно найти компьютер, или обычный смартфон, чтобы связаться с Ким. Виртуальная помощница Дена должна быть в курсе происходящего, она обязательно подскажет, как мне действовать дальше. Но стоило открыть дверь палаты, как мой взгляд упёрся в хмурое лицо майора Кофта.
Глава 15. Часть 1
В испуге я захлопнула дверь и прижалась спиной к деревянной поверхности в надежде остаться незамеченной. Глаза заметались по белым больничным стенам в поисках запасного выхода. Вот только сейчас я не в Эпсилионе и сбежать так просто не получится. Да и, собственно, как далеко я смогу убежать? В больничном халате, с переломанными рёбрами, без смартфона и денег, под неусыпным наблюдением вездесущих городских видеокамер, да меня поймают на следующем же перекрёстке.
Пока мозг лихорадочно искал возможные пути отступления, в дверь уверенно постучали. В ужасе я метнулась к постели, неосмотрительно резко прыгая на кровать и прячась под одеяло. Грудная клетка мгновенно отреагировала жгучей болью, и мне пришлось закрыть ладонью рот, чтобы заглушить вырвавшийся наружу стон.