— Зачем агентам ЦРУ приходить за мной? — несмело спросила я мужчину, успевшего открыть дверь.
— А ты подумай хорошо, — хмыкнул он, пересекая порог палаты.
— Но я ничего не взяла, файлы были слишком тяжёлые!
Мои слова полетели в спину агента, и он нехотя обернулся, бросая через плечо:
— Файлы Дикого ты тоже не брала, но это не спасло тебя от мести Ярового.
Жуткие воспоминания о событиях сегодняшней ночи затопили сознание паническим страхом и я, не обращая внимания на тупую боль в груди, побежала догонять сурового агента.
— Стойте! Мы ничего не брали из базы ЦРУ. Да подождите же Вы! Сработала антивирусная программа, я ушла, а Ден остался на… сервере.
Последнее слово я выдохнула, распахивая дверь и утыкаясь в твёрдую грудь агента. Он скалой возвышался у порога и, судя по всему, уходить никуда не собирался.
— В палату, живо! — прогремело у меня над ухом, и я испуганно сделала несколько шагов назад.
От спокойного безразличия на лице мужчины не осталось и следа. Он плотно закрыл дверь и начал медленно наступать, яростно сверкая тёмными глазищами. Я физически ощутила злость во взгляде агента, неподъёмной тяжестью придавившую меня к полу. В горле застрял крик. Осознание пришло слишком поздно. Я выдала нас с Димой.
— Вы взломали серверы ЦРУ? — он не кричал, нет. Вопрос прозвучал неестественно спокойно, подчёркнуто контрастируя с выражением лица мужчины, отчего мне стало ещё страшнее. Этакий мнимый тихий ветерок за минуту до урагана, что готов налететь на меня, беспощадно сметая всё вокруг.
Вжав голову в плечи, я продолжила отступать вглубь палаты, в очередной раз проклиная себя. Дима ведь предупреждал, чтобы я не смела говорить с сотрудниками кибербезопасности без адвоката. Нестерпимо захотелось сорваться с места на максимальной скорости и нырнуть в невидимый для других баг программного обеспечения или, на худой конец, выпрыгнуть в окно. Жаль, что сейчас я не в Эпсилионе. С другой стороны, здесь всего лишь второй этаж и шансы выжить после падения точно превышают мои шансы на конструктивный, а главное, безопасный для меня и Немова диалог с разгневанным агентом.
— Даже не думай, — громыхнул мужчина, проследив за моим затравленным взглядом. — Переломанные ноги не помогут тебе избежать ответственности. В тюрьме тоже лазарет имеется.
— За что? — простонала я, живо представляя, как меня запирают в тюремную камеру с десятком агрессивных преступниц, что так и ждут возможности поиздеваться над новенькой. — Какое дело ГОКБ до преступления в американском секторе Эпсилиона?
Злость на лице мужчины сначала сменилась недоверием, затем перетекла в растерянность и оформилась в некое подобие сочувствия:
— Ты действительно не понимаешь всей опасности сложившейся ситуации? Вероника, я не из отдела кибербезопасности, и мне нет дела до промышленного шпионажа, которым занимался ранее Ден. Сейчас речь идёт о безопасности страны в целом. Если администрация президента США выдвинет обвинения России в кибератаке на их серверы, последствия будут катастрофическими.
— Но ведь это шпионы ЦРУ первые напали на наш сервер, вынуждая Диму взломать банк «CIM-безопасность»! — возмутилась я, будто в разборках между двумя сверхдержавами действительно имеет значение, кто начал первым.
— Прямых улик против американских прогеров у нас нет, да и основными участниками атаки являлись граждане Российской Федерации: директор нашей IT-компании, студентка МГУ и два офицера ГОКБ. Дело осложняет ещё и переполох по всему Эпсилиону. От хакерской атаки пострадали европейские компании и международные учреждения. Нас могут обвинить в сговоре с Китайской Народной Республикой против Европейских государств и США.
— Китайцы-то тут при чём? — понуро спросила я, силясь осознать размеры той чёрной дыры, что всё глубже засасывала меня в беспросветную бездну.
— На Эпсилион совершено нападение с применением вируса Жукова, которым пользуются исключительно китайские хакеры. Брюссель уже объявил Пекину ноту протеста, а как только в базе ЦРУ найдут Немова, Вашингтон незамедлительно наложит санкции на Россию. И неважно, взяли вы какую-либо информацию или нет. Это вопрос политический.
— Найдут они не Диму, а Дена, если того ещё не успел сожрать вирус, — машинально поправила я мужчину, утопая в безмерном чувстве вины. Я всего лишь хотела быть вместе с хакером, а что теперь? А теперь из-за меня пострадают сотни миллионов ни в чём не повинных людей. Немову стоило оставить меня в Майами гнить в американской тюрьме, тогда ничего этого бы не случилось.