Проспал я до вечера, а потом с ребятами снова решили встретится в баре. Валера привёл с собой Машу, которая уже успокоилась, говоря, что созвонилась с Ленкой, и у той вроде всё в порядке. Это ещё раз подтвердило мою догадку. Жизнь вернулась в свою колею хорошо сдобренную пивом. Валерка не мог наглядеться на свою новую кралю, и я был рад за него. С нашими физиономиями, мы нравимся только проституткам, да и то за деньги. В шуме музыки и смеха, ко мне подошла Маша.
- Илья, это вас. – и протянула мне свой телефон.
- Илюшенька, я хочу, чтобы ты убедился в серьёзности моих намерений. – Сказал Аркадий Гвидонович и около меня раздался выстрел. В голове зазвенело. Я в миг обернулся и увидел, как Маша медленно оседает на пол. В районе её груди расплывалось кровавое пятно. А в баре началась паника и все сломя голову бросились к выходу, толкаясь и визжа. Внезапно, в моём мозгу, что-то переключилось и хватая в охапку Валеру, я с ребятами рванул к запасному выходу. Прошли пару домов и затерялись в переулках. Валера шёл молча, не обращая на нас внимание, куря одну сигарету за другой.
- Ребят, кто-нибудь заметил стрелявшего? – спросил я.
- Нет.
- Нет.
- Зашибись! Ладно, расходимся, чтоб глаза не мозолить. Будем на связи. – Сказал я и вместе с Валерой свернул в сторону алкогольного магазина.
Спустя час, мы сидели у меня, и я пытался объяснить другу ситуацию из-за которой погибла его потенциальная девушка.
- Нет! – возразил он мне, выслушав до конца. – Миха, конечно дурак, но не до такой степени, чтобы переводить долг. Вы же в детстве, как братья были!
- Да хрен его знает, что у человека в голове! У меня времени осталось часов тринадцать. Не то чтобы я переживал за ту чахоточную тёлку, мне моя шкура просто дорога.
- А, что, если… - Валера взял телефон и вышел на балкон. Спустя минуты три он вернулся с планом.
- Нам надо грохнуть этого Аркашу!
Я долго матерился, махал руками, утверждая, что набить морду это одно, а кого-то убить – совсем другое. А Валера снова закурил, выдохнул дым и сказал:
- Я знаю, где сейчас обитает Аркадий Ган…нович.
*
Мои кулаки чесались так сильно, что я без труда уложил двух охранников около небольшого особняка. Валерка не утруждаясь вышиб ногой дверь у гаража. Это напомнило мне детство, когда залазили в какой-нибудь дачный домик и громили его. Внутри огромного дома находилось ещё четыре человека, которых мы в безумной ярости, разукрасили, как на маскарад. А потом я вошёл в просторную спальню. На огромной кровати, среди шёлковых простыней лежала Лена. Если бы не синяки, украшавшие её тело, то можно было бы подумать, что она просто спит. Но девушка была без сознания.
- Эй, привидение. – тихо позвал я. – Где хозяин дома?
- Не надо… - застонала Лена. – Уходите.
Она была такая нежная и хрупкая, что я взял её на руки. Хотелось держать вечно и не отпускать. Валера в это время носился по дому.
- Чёрт, Илюх, его здесь нет! – сказал он, забегая в спальню. – Что делать будем?
- Поэтому в доме было мало охраны. Уходим! – И я, всё так же держа приведение, рванул из дома.
Уже у себя дома, я положил девушку на свою кровать, она всё ещё была в бредовом состоянии. Её кожа горела, и я достал лёд из морозилки, завернул в полотенце и приложил к её лбу. А себе с Валеркой я достал пиво, и мы засели в кухне.
- Ты же понимаешь, во что мы влезли? – спросил я.
- Да понимаю. Мне Машку жалко. Она вряд ли выжила. Понравилась очень. – Обрывками отвечал друг.
- Надо на всякий случай найти деньги. – произнёс я.
И тут, еле цепляясь за косяки, в кухню вползает привидение.
- Папа нас всех убьёт!
- Чей папа нас всех убьёт? – Не понял Валера.
- Я так и знал, что какая-нибудь жопа вылезет. И вот она, стоит перед нами. – с горечью произнёс я. – Привидение, пиво будешь? Или ты привыкла пить только элитный алкоголь?
А та уже снова сползала по стенке.
- Да, твою ж… - Я поднял её и отнёс обратно на кровать. Не смотря на синяки, у неё была нежная и красивая кожа. Бархатная. К такой приятно просто так прикасаться. Глаза иногда открывались, показывая всю глубину океана. Лицо девушки было нетронутым, вероятно не хотели портить такую красоту. А вот руки и ноги, да и рёбра были в кровоподтёках. Я не удержался от взгляда на тело, когда серая рубашка приподнялась. Вот так, стоя над ней, я испытывал смешанные чувства. Она манила меня свой сексуальной невинностью и в то же время, очень хотелось въехать кулаком по её тонким губкам, за подставу с папочкой.