Третье: у меня остались связи в верхах, и полиция тебя не будет тормошить. Дело будет закрыто, и ты сможешь вернуться к прежней жизни. В твоей квартире я оставила хорошую сумму денег, чтобы покрыть расходы и считай, что это материальная компенсация за потрёпанные нервы.
Ты, наверное, задумаешься, почему именно сейчас я решила во всём признаться и уйти? Просто, я в тебя влюбилась. И не хочу испортить жизнь ещё и тебе.
P.S. И пожалуйста не копайся в ближайший год в малиннике. Спать будешь лучше.
Твоё привидение»
Я дочитал странное послание, скомкал бумагу и бросил. Компенсация за потрёпанные нервы? Моего друга убили из-за неё. Я мог гробануться пару раз! Столько людей погибло, только потому, что ей захотелось изменить привычный для стерв образ жизни. Во мне закипала кровь, и я с размаху залепил кулаком в стену. Штукатурка треснула вместе с костяшками пальцев. Мне нужно было выплеснуть весь гнев. Я схватил лопату и пошёл в малинник.
Копал я долго и не потому, что силы подводили, а потому, что эта ненормальная решила закопать ближе к метро, если бы оно здесь проходило. Спустя час лопата проехалась по чему-то мягкому. Руками в перчатках я аккуратно разгрёб землю и на моё созерцание, появилось лицо Аркадия Гвидоновича. Меня чуть не стошнило. В его голове, в центре лба зияла маленькая дырочка. Значит Лена действительно всех убила. Это и был недостающий четвёртый пассажир. Я не знал, что делать дальше и уселся прямо на кусты. Гнев немного поостыл и теперь мне стало грустно за все события последних недель. На синем небе медленно плыли белые облака. Так же медленно я осознавал, что уже никогда не смогу вернуться к прежней жизни. И я решился.
Собрал вещи из домика бабы Наташи, оставил ключи у Андрея и поспешил к участковому. Мне повезло, что наши родители дружили и он мне был, как названный брат. Он выслушал мою новую историю, сделал пару звонков, сделал запись на бумаге и передал мне. Затем я метнулся на станцию в ожидании автобуса. Меня трясло от принятого решения, но иначе я не мог.
У себя в квартире я носился, как угорелый. Помылся, побрился, переоделся. Собрал все деньги, которые были и от Лены, и от Аркадия, и решительно вышел из дома. На дороге резко тормознул такси и грубо крикнул шофёру:
- Петровка, гостиница Аврора!
Внутри меня с принятием решения, что-то менялось. Я словно становился другим. Я больше не был Илюха-бугай из бара, нет, я становился, кем-то сильнее и страшнее.
Войдя в гостиницу, я бросил несколько долларов портье и сотку на ресепшен.
- Я к жене, в сто семнадцатый. Не беспокоить! – и на всякий случай зачем-то направил на администратора указательный с большим пальцем и сделал тихий выстрел.
Перед дверью в её номер, я даже не занервничал. И не стуча, распахнул дверью.
Она лежала на кровати, пила красное вино и иногда поглядывала в окно. Завидев меня Лена резко села.
- Илья?!
За те несколько часов нашей разлуки, она успела измениться. Волосы из светло русых стали тёмными с рыжеватым оттенком. Стрижка была короче. Передо мной больше не было привидения. Я смотрел на роскошную женщину знающую, чего хочет от жизни.
- Привет! – сказал я с ухмылкой, проходя и садясь около неё.
- Ты прочитал мою записку? – в её глазах, таких жёстких и холодных, появился огонёк надежды.
- Прочитал. И сразу всё понял.
- И что же ты понял? – спросила она, пододвигаясь ко мне ближе.
- Я думаю, что такой особе, как ты, нельзя путешествовать в одиночестве.
Её глаза наполнялись нежностью и любовью, той самой, что я однажды в ней видел. Мои руки схватили её за плечи и с силой сжали. Она застонала. И только сейчас я окончательно понял, чего хочу. Пальцы пробежались по коже и остановились на её тонком горле. Большие глаза начали расширяться, когда я начал сдавливать.
- Это за друга!
А потом сделав резкое движение, я сломал ей шею. Медленно встал с кровати и выйдя на балкон, закурил. Теперь я знал, чего хочу от жизни.
Конец