Всю ночь покачивалась клеть
меж койкою и подземельем.
Ломало утро рубежи.
Солдат откинул одеяло...
у койки девушка стояла
и ласково спросила: — Жив?
Солдату протянула руку
и положила на плечо.
А он, все видя ту старуху,
шептал в бреду: — Мне горячо...
В пространстве сумрачном, безбрежном,
кровать качалась и плыла.
Пред ним в одежде белоснежной
сама Снегурочка была.
Но не из сказочного царства —
из лебединых рук ее
он принял воду и лекарство,
впадая снова в забытье.
А Смерть невидимо сидела
у изголовия его.
— Старайся, девка, это — дело,
хе-хе... Посмотрим, кто — кого?..
Моя коса остра как бритва...
Двенадцать суток длилась битва.
Сестра махала полотенцем,
дул на больного ветерок,
кормила с ложки, как младенца,
за каждый радуясь глоток.
А он смотрел в глаза сестренке —
как много было в них тепла,
из них, казалось, струйкой тонкой
солдату в сердце жизнь текла...
Старалась Смерть.
Но как на камень
наткнулась вдруг ее коса.
Старуха развела руками
и прохрипела:
— Чудеса!
Веками я живых косила.
А тут, поди, девчушка, вот!..
И от солдата отступила:
— А ну вас! Дел невпроворот!
Солдат и до сих пор живет!
1959
* * *
Часами мы толпимся у холста:
деревья, пруд, кувшинками покрытый, —
обычная земная красота
нам кажется чарующим открытьем.
Художник ты. И это полотно
тебя за все труды вознаградило.
А помнишь ты, как мать давным-давно
земную красоту тебе открыла?
Она тебя водила по лугам
и по лесным извилистым тропинкам,
учила слушать утром птичий гам,
показывала каждую травинку...
Наследником ее высоких чувств
ты в мир вошел и стал жрецом искусств.
1959
* * *
Есть край у океанов и лесов,
есть даже у галактик очертанья.
Но безгранична матери любовь,
вместившая в себя все мирозданье.
В ее глазах — не отраженье дня,
не преломленье солнечного света.
Они — источник вечного огня,
без матери зачахла бы планета.
Ей с уваженьем в пояс поклонись,
она того сторицей заслужила.
Тебе она открыла неба высь,
и кровь ее в твоих струится жилах.
Ты можешь все молитвы отвергать,
но помни как святыню слово — Мать!
1959
* * *
В весеннем небе,
трепетный, незримый,
поет, поет
певец неповторимый.
Как этот голос
серебрист и звонок,
как он взмывает
в голубую высь!
Солирует над пашней
жаворонок...
Глядите, люди,
как прекрасна жизнь!
Тепло и радость
в акварельной шири,
дыши и наслаждайся, человек!
В своем огромном
благодатном мире
мир нерушимый утверди навек.
Вдруг над Землей, как призрак,
гриб огромный,
его взметнула ядерная бомба!
Что может быть
страшнее и нелепей:
удар!..
Ни жизни, ни певца — пустыня. Пепел...
1959
ГРОЗА НАД РЕКОЙ
Еще раскаты грома вдалеке,
еще полнеба в солнечном свеченье...
Еще в непотревоженной реке
едва дрожит деревьев отраженье.
Видением серебряный наряд
дугой взметнула над водою рыба...
И вдруг сверкнул меж тучами разряд,
и сорвалась грохочущая глыба!
В короткой схватке побежден покой,
и ветер налетает из-за леса,
он мечется и свищет над рекой,
и хлынул ливень дымчатой завесой...
То вспышка молнии слепит глаза,
то берега покрыты полутьмою...
Разбушевалась над рекой гроза,
горой волну вздымая над волною.