У нас такая нынче дата —
превыше многих славных дат.
От бомб хранилища трещат,
грозит Земле военный атом...
Так был иль не был
сорок пятый?!
1966>
* * *
Был небосвод
безоблачен, высок —
ликующая майская погода.
По клетке прыгал юный кенарок,
считалось, ни к чему ему свобода:
на жердочку садился, бойко пел,
различные он выводил «колена»
старательно. Таков его удел:
не чувствовал он униженья плена.
Хозяин дал водицу и зерно,
но позабыл захлопнуть дверцу клетки.
И... враз
невольник выпорхнул в окно
и очутился на сосновой ветке.
На небо голубое поглядел,
окинул взором солнечные дали,
взметнулся на вершину
и запел,
как кенары, наверно, не певали.
Бывал я на показах певчих птиц
и слушал знаменитых медалистов.
Но эта песнь, казалось,
без границ,
в звучании ее прозрачно-чистом
слились в одно
и радостный задор,
и звон ручья,
и трель над полем спелым...
Поймали беглеца.
И — под запор!
До самой смерти
больше так не пел он...
1966
* * *
В его мозгу, болезнью воспаленном,
вдруг мир перевернулся кверху дном:
он возомнил себя Наполеоном,
потом хотел поджечь соседский дом.
Но к вечеру, когда закат погас,
был под замком безумец обреченный...
В огромном зале в этот самый час
другой безумец — властью облеченный,
кричал, да так, что взмокла голова:
«Мы десять... двадцать... стран
сметем моментом!»
Гремели сумасшедшие слова
и... вызывали шквал аплодисментов.
1966
ВОРОБЕЙ
С каким мы смотрим восхищеньем
на всемогущих птиц — орлов,
на их бесстрашное паренье
превыше гор и облаков.
Их взор, и гордый, и надменный,
к нам обращен и мимо нас.
Мы воспеваем неизменно
величие орлиных глаз.
Вокруг орла от века к веку
сияет славы ореол.
О сильном, храбром человеке
мы восклицаем: «Он — орел!»
Но вот с каким недоуменьем
вы посмотрели б на меня,
когда в своем стихотворенье
я превознес бы... воробья!..
Ну что ж, рискну! Тогда, быть может,
и ощутимей, и верней
вас удивит и растревожит
обычный серый воробей.
Его судьба совсем иная,
он не летит под облака.
Но разве жизнь его земная
благополучна и легка?
Вы думаете, это счастье —
зерно и крошки, день за днем,
искать в осеннее ненастье
под зябким проливным дождем?
Вы думаете, это просто —
когда трещит на реках лед, нет,
не пшеницу и не просо,
подклевывать — что Богa пошлет?
Он радостно встречает лето:
тепло, обильная еда!
Но снова поджидают где-то
ненастье, слякоть, холода...
В суровую эпоху нашу
я пожелал бы для себя
иметь орлиное бесстрашье
и жизнестойкость воробья.
1966
* * *
Нынче август богат поливами:
каждый день всё дожди и дожди
косо падают сивыми гривами...
Значит, ясной погоды не жди.