Нам одно осталось:
что бы ни случилось,
биться, не сдаваться
дьяволу на милость.
Как бы там ни туго,
нам, моя подруга,
клин вспахать без плуга,
взять в упряжку вьюгу.
Круга квадратура —
смастерить для тура
два крыла, чтоб с кручи
он взлетел за тучи.
Глупо и нелепо?
Но... необходимо.
Если это надо,
значит — выполнимо!
1985
МОЙ ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС
Когда он был — мой звездный час —
вчера или давно?
Сверкнул он ярко и погас?
Мне ведать не дано.
А может быть, совсем не так:
сиял он надо мной,
когда из пламени атак
я выходил живой.
Возможно, был он — этот час —
один на всем веку,
когда мальчишкой в первый раз
я рифмовал строку?
Наверно, нет.
Потом зимой,
когда, во всей красе,
прочел впервые опус мой
на третьей полосе.
Я двадцать пять газет купил —
себе и напоказ.
Да, очевидно, он пробил
тогда, мой звездный час.
Бежали годы... Верно, вновь
он просверкал сильней,
когда на вечную любовь
я повстречался с ней...
о, сколько бедствий и преград
досталось нам с женой...
Стихом ударил я в набат
на весь на шар земной.
Я будто стал могучекрыл,
и, может быть, как раз
он нам заветный путь открыл —
наш общий звездный час.
Так почему же черствый ком
щемит в моей груди
и слышу я: «Потом, потом,
тот самый, самый, погоди,
зажжется впереди...
тот самый в вышине».
При мне... иль не при мне?..
1985
ЮБИЛЕЙНОЕ
К своему семидесятилетию
С надеждой, верой и тревогой
не сплю очередной рассвет...
Неужто я прошел дорогой
длиною в семь десятков лет?
Такой тернистой и опасной —
и не представить наяву.
Что ж, настрадался не напрасно,
не зря, не попусту живу.
...Пока не канул я в пучину,
пока гореть во мне огню,
я буду штурмовать вершину
и совести не изменю.
То не риторика бахвала,
а прожитого мною суть,
таким природа-мать зачала,
таким я свой закончу путь.
Сегодня не хочу итога,
пускай пора тому пришла...
Рассвет...
Надежда и тревога...
А впереди — дела, дела...
Рука в руке шагаем вместе,
а где-то впереди — итог.
Над нами вечные созвездья.
Рука в руке.
И с нами Бог.
18 августа 1985
ЭТЮДЫ
1
Перед моим окном
поляна.
За нею — зимний лес.
Снежинки плавно падают...
Какая тишина!
Который час?
Который нынче год?..
2
Береза
бурей сломана,
она
стонала тихо,
умирая.
А крона
все еще густа и зелена —
живая.
3
Шквал налетел.
Темень кругом.
Вспышки слепящие,
ливень и гром.
Гнется большая сосна,
как лоза, —
гроза!
4
Рябины урожай обильный.
На дерево уселись свиристели.
Их песенка
рябиново-красна.
5
День за днем
крепчает лед.
Спит в затоне пароход.
Снег.
Метели.
Кутерьма.
Зима!..
6
Сулящие надежду корпуса.
С грустинкою глядящие
глаза.
На белых койках
желтоваты лица...
Больница...
Декабрь, 1985
* * *
Быть мужественным, честным до конца -
в том жизни суть поэта и борца.
Судачит обыватель: «Вот урод!»
А я таким иду из года в год.
Иного не хочу иметь лица:
быть искренним и честным до конца!
1985
* * *
Средь «царства Берендеева»,
средь шума городского —
везде я слышу: «Бей его!»,
всегда я слышу: «Бей его,
создание евреево такого и сякого!..»