Вся команда смотрела на дисплей за спиной Дэвида. От общего усиления, у Дэвида на лбу выступила капля пота.
— Двадцать восемь, — быстро ответил Джон — нет, стой, 29, включая человека.
Стив перебил его, говоря тоже быстро. — Но если у них было семь котят у каждой, то будет сорок девять плюс двадцать один, семьдесят, семьдесят один с тем мужиком.
— Но в сообщение Аммона было сказано "не считать" — сказала Карен, сидя на стуле- а если попробовать просто добавить, хотя нет, стойте там был человек с женами и автор…
Прошли уже 32 секунды. Дэвид нервно мотал рукой по клавиатуре.
— Думай! Не считай, насчитай, не… — думал Дэвид.
— Один, — сказала Ребекка. — " Я шел к Святому Ивэсу". Там, правда, не сказано, куда шёл тот, с жёнами, но у нас сесть подсказка. Значит, никто кроме него к Ивэсу не шёл.
«В принципе она права, сложность должна быть в уловке…»- подумал Дэвид.
В запасе было двадцать секунд.
— Кто может, не согласиться с этим? — быстро спросил Дэвид.
Ответа не поступило. Дэвид нажал на кнопку… … Таймер остановился, на 16 секундах. Экран потух. Где-то сверху прозвучал уже знакомый всем звук. Дэвид выдохнул воздух и откинулся назад на спинку стула.
«Спасибо, Ребекка!» — прозвучало у него в голове.
Он обернулся, чтоб сказать ей это, но Ребекка была уже вовсю занято своим пациентом.
— Мне нужен фонарик! — сказала она.
Джон протянул ей фонарик, и она лишь краем глаза посмотрела на него. Она взяла фонарик и принялась за глаз Карен.
Все замерли, смотря на неё. Карен выглядела очень плохо. Образовались мешки под глазами, цвет кожи от просто белого, стал уже болезненным.
— Он очень воспален. Посмотри вниз… на лево… на право. Похоже, что что-то тебе натирает, или у тебя ожог.
— Я испытываю только зуд — сказала Карен — как при укусе комара. Хотя, наверное, больше чем просто зуд. Я, скорее всего его, раздражила от постоянного трения. Он у меня просто чесался…
Ребекка выключила фонарь.
— Я ничего не вижу. Второй также раздражён. Глаз начал сначала чесаться, и затем ты его почесала, или ты сначала до него дотронулась, а затем он начал зудеть?
Карен покачала головой.
— Я не помню! По-моему он начал чесаться первым, кажется.
Лицо Ребекки вдруг вспыхнуло, на лице появился страх.
— Прежде или после того, как вы открыли комнату 101?
Дэвид почувствовал холодный комок в сердце, когда она задала этот вопрос. Карен тоже, взволновалась.
— После — осторожно сказала она.
— Ты дотрагивалась до чего-нибудь в кабинете, до любой вещи дотрагивались?
— Я не…
Красные глаза Карен расширились во внезапном ужасе, и когда она начала говорить, то её голос очень дрожал, она говорила шёпотом.
— Кушетка, на ней были пятна крови. Я до них дотронулась. О Боже! Я даже не думала, кровь уже высохла. На моей руке не было порезов. Боже! У меня начала болеть голова, после того, как зачесался глаз.
Ребекка дотронулась до плеч Карен и сильно их сдавила.
— Карен! Глубоко вдохни. Скорее всего, твой глаз просто раздражён, и от этого болит голова. Так что не надо делать глупых заключений здесь, ничего наверняка мы не знаем.
Говорила она звонким мягким, успокаивающим голосом. Карен вдохнула и кивнула на её слова.
— Если ее рука не была порезана… — Джон начал нервно.
Карен ответила ему, немного дрожащим голосом.
— Вирус проникает через слизистые оболочки животного, в том числе и человека. Нос, уши… — Карен сделала паузу — глаза. Я знала об этом… Я знала, но я не сообразила.
Она посмотрела на Ребекку, стараясь изо всех сил поддержать своё самообладание.
— Если я заражена, то, как долго? Сколько пройдёт времени, прежде чем я стану… Умру?
Ребекка покачала головой.
— Я не знаю — сказала она.
Дэвид почувствовал, как неистовая чернота окутала его, словно облако страха обрушилось на него, извергая гром и молнию беспокойства и вины, столь обширной, что он более не мог даже ходить, не мог ни о чём думать.
«Моя ошибка. Я ответственен!» — скользнуло у него в мыслях.
— Но есть, же вакцина, так? — спросил Джон.
Его пристальный взгляд упал сначала на Карен, затем на Ребекку.
— Есть же противоядие? Не могли они работать без него. А вдруг если кто-нибудь порежется, случайно? Оно у них есть, ведь правда?
Дэвид почувствовал внезапную волну отчаянной надежды.
— Это правда? — спросил он Ребекку быстро.
Молодой биохимик медленно кивнул.
— Да, это возможно. Вполне вероятно, что вакцина у них есть.
Она серьёзно посмотрела на Дэвида.
— Если она есть, то бесспорно она в лаборатории, в главной лаборатории, где они и занимались синтезом вируса.
«Найти главную лабораторию, где они синтезировали вирус, и быстро… Хотя, если бы у них была бы вакцина, то мы бы нашли информацию о ней в документах…» — думала в этот момент Ребекка.
Она затихла, Дэвид, бесспорно, догадался об её беспокойстве, и о том, что она хотела сейчас сказать. Но если Гриффит нарочно убрал всю информацию? У них был шанс найти вакцину, всё упиралось во время.
— Сообщение Амона, — сказал Стив. — В том примечании, сказано, что мы должны уничтожить лабораторию, возможно, он оставил для нас карту или какие-нибудь указания?
Дэвид встал, его глаза горели огнём надежды.
— Карен, ты себя хорошо чувствуешь, что б…
— Да! — сказала она, перебив его, вставая со стула.
— Да, я пойду — продолжила она.
Ее красные глаза, несмотря на бледность тела, горели жизнью. На лице у неё было клеймо отчаяния, но в тоже время простиралась ниточка надежды. Когда Дэвид смотрел на Карен ему становилось жутко, его бросало в дрожь.
«Боже! Карен, мне так жаль…» — бредил в мыслях он.
— Ускорим шаг! — сказал он, направляясь к двери.
Они быстро добежали трусцой до начала здания.
Джон сильно сжимал челюсть, он как никогда готов был действовать.
«Я ни в коем случаи этого не допущу. Этого не произойдёт. Ты будешь жить Карен! Если я только найду того ублюдка, я его в парашек сотру, он больше не жилец. Я не перед чем не остановлюсь! Нет, Карен, ты будешь жить!» — думал Джон.
Они достигли двери и достали оружие, и нетерпеливо посмотрели на Дэвида, чтоб тот отдал команду. Он посмотрел на Карен.
Она была как обычно, за исключением цвета кожи и глаз. Он иногда завидовал ей, за то, что она могла оставаться всегда такой собранной и хладнокровной, в отличие от Дэвида, несмотря на то, что многие считали его ко всему готовому, твёрдому человеку, но сегодня он доказал самому себе, что это было вовсе не так.
— Я веду, Джон замыкает, прямой линией — отдал указания Дэвид.
Джон увидел, что Дэвид выглядел ужасно истощённым, ещё хуже, чем Карен. Он понимал, что это было из-за вины, что чувствовал Дэвид. Джону было очень жаль, что он не может подойти к нему, и сказать прямо, что за ним вины нет, но у них не было времени, и неизвестно как к этому отнёсся сам Дэвид.
— Готовы? Пошли! — сказал Дэвид.
Дверь открылась, и они проскользнули наружу. Выбравшись из укрытия, все нагнулись.
По-прежнему было темно, слышался звук волн. Без особого усилия можно было почувствовать запах сосен, который очень нравился Джону. Но, он ничего сейчас не чувствовал, кроме гнева на Гриффита и Umbrella, и страха за Карен.
Как гром среди ясного небо, раздались звуки выстрелов из М-16, в тот момент, когда все меньше всего этого ждали.
— Дерьмо! — выскользнуло у Джона.
Он упал к земле, когда послышались звуки выстрелов справой стороны. Джон осмотрелся вокруг и увидел, что они были застигнуты врасплох на полпути к блоку «E». Началась перестрелка. Выстрелы из Беретт приглушали выстрелы из автоматов.
Я не вижу, где цели…