Дальше шли длинные приветственные речи с обеих сторон, которые я и не думала слушать. Каждый раз все говорят одно и то же, и самое главное, обе стороны уверены, что за словами совершенно точно ничего не стоит. Это всего лишь слова, и они могут пропасть так же легко, как вода в песке.
А вот за эмоциями, жестами, игрой взглядов наблюдать было очень интересно.
Махараджа Малхар, как и положено истинному правителю, был величественно невозмутим и никак не реагировал на разбушевавшиеся вокруг страсти. А они были.
Майна пожирала глазами красноволосого принца Насира, и разве что на грудь ему не бросалась, помня о протоколе. Насир, кстати, на это мало реагировал, а скорее скучающе подыгрывал глазами Майне. Но он при этом лениво разглядывал и остальных гостей, и я пару раз ловила и на себе его внимательные взгляды.
А вот Сахиба умудрялась, прикрываясь дупаттой, кидать заинтересованные взгляды сразу на трех братьев. При этом она даже, как мне показалось, и на престарелого махараджу Малхара бросала призывные взгляды. И Джотиб считал ее скромной? Да она даст фору профессиональной накни* своей игрой глазами! И нужно отметить, что получалось у нее это просто виртуозно.
Джотиб растёкся, как сытый лев на солнышке, и, мне кажется, готов был пить молоко из ее рук в зверином облике. Но и его младшие братья не отставали. И Раноджи, и Асим пару раз бросали на чаровницу заинтересованные взгляды. При этом не могу сказать, что Сахиба была вот уж такой раскрасавицей, что глаз не оторвать. Нет. Но было в ней что-то такое завораживающее, что заставляло вернуться к ней взглядом снова и снова.
Что касается раджи Камара, то тот звериными насупленными глазами следил за всем этим, не пропуская, как мне казалось, ни одного взгляда, жеста рукой или едва заметного поворота головы.
Я же старалась сохранять спокойное каменное выражение лица, подобно престарелому махарадже Малхару. Я собираюсь покинуть дворец Гвалияр в самое ближайшее время и мне совершенно ни к чему влезать в этот кипящий котел страстей. Меня может зацепить и ошпарить, а перед отъездом мне это совершенно точно ни к чему. Нужно уйти спокойно и с достоинством, а не со скандалом, оставляя за собой длинный шлейф из сплетен.
После пространных речей официальная часть закончилась, и махараджа встал, спускаясь со своего трона и давая понять, что можно пообщаться в более свободной обстановке. Обычно мы с Майной объединялись в этот момент, но тут она рванула к принцессе Сахибе и что-то ей приветливо стала говорить.
Я бы безразлично пожала плечами, но просто не имею права на такое показное выражение эмоций. Я повернулась к стоящему все еще рядом со мной Раноджи и спокойно спросила его нейтральным тоном:
– Как тебе прием?
– Индира, не нужно. Если хочешь, чтобы я подыграл тебе, спроси что-то и в самом деле интересное, – выгнул бровь средний сын махараджи Малхара.
– Слышал, сейчас обсуждается проект постройки биплана с тремя крыльями? Что думаешь по этому поводу? – мгновенно спросила я.
– Серьезно? Есть проект самолета с тремя крыльями? Первый раз об этом слышу, – и в самом деле оживился он.
– Инди? – более свободно на правах старой дружбы обратился ко мне Асим. – Я не понял? А куда третье-то крыло прикрепить?
– Я так поняла, что одно крыло будет на самом корпусе машины, а два других будут надстроены снизу и сверху, – объяснила я задумку.
– А зачем? – озадачился друг.
– Я думаю, чтобы создать больше подъемной силы? – задумчиво протянул Раноджи.
– Да, это позволит взлетать на очень коротких взлетных полосах. Да и посадочная полоса станет короче. Я бы хотела заняться разработкой такой машины вплотную. Это существенно может помочь в труднодоступной местности, – кивнула я Раноджи.
– А зачем? – ничего не понял, как обычно, Асим.
– Будут три несущие поверхности, младший братик, расположенные одна над другой, – сказал Раноджи, и при этом говорил он скорее со мной, а не с Асимом. – Будет большая площадь крыльев и подъемная сила при меньшем размахе крыла.
– Да, и не забывай, что самолеты очень непрочные. А это будет существенная подмога, – согласилась я с Раноджи.
– В твоем княжестве есть и пустынные засушливые места. Есть и горы, на которых даже снег иногда лежит, и они тоже труднодоступны. Насколько я помню, в горах даже не везде побывал человек? – вдруг спросил Раноджи.
– Да, это так, – подтвердила я.
– Для тебя такой самолет был бы сильным подспорьем, не так ли? – снова спросил он.
– Да, и это тоже правда, – снова кивнула я и посмотрела Раноджи в глаза.
– Название уже придумали? – спросил Раноджи.
– Да. Триплан**, – ответила я.