Нолан, Крис и Лоренцо разместились на втором этаже старого дома, где раньше жили трудолюбивые фермеры, а теперь была расквартирована пыль, толстым слоем покрывавшая остатки мебели и домашней утвари. Повстанцы распределились у окон, контролируя подходы ко двору каждый со своей стороны.
Сергей занял позицию на чердаке. Крыша была частично разрушена, почти посредине ската зияла дыра с рваными краями. Через пробоину повстанец как раз и осматривал подступы к Хэлбруку, расположившись в глубине чердака со своей винтовкой, до этого покоившейся за спиной. Подходящий для винтовки калибр не был распространен в вооруженных силах Альянса в данной части оккупированной планеты, а личные запасы Сергея были на исходе. Несколько магазинов на двадцать патронов — вот и весь боекомплект. И оружейных магазинов в округе уже давно не было, впрочем, как и иных торговых точек. Поэтому во время переходов и длительных огневых контактов повстанец использовал привычный уже пистолет-пулемет, а 417-й применялся исключительно для снайперской стрельбы на средних дистанциях, и то в крайних случаях.
Неподалеку от Сергея находился Начальник, неторопливо изучая окрестности сквозь окуляры бинокля. Близнецы, Хью и Дью, засели на верхнем ярусе большого деревянного амбара, а Трой заглянул в маленький покосившийся сарайчик, примкнувший к хозяйскому дому.
Вокруг было тихо, даже птицы не попадались на глаза. Популяции пернатых сократились в разы, но все же отдельные виды, самые приспособившиеся, пытались отсрочить попадание в Красную книгу. Сейчас же, если и была поблизости какая-нибудь стайка, она скорее всего пряталась под крышами домов, готовясь к очередному рейду за пищей.
— Что думаешь? — спросил Сергея Начальник.
— Мы здесь впервые, о городе знаем только из рассказов. Но выбора нет — надо идти.
— М-да. И обходить рискованно, и напрямик стрёмно. А назад бессмысленно.
— Налево пойдешь…, - вспомнил старую сказку Сергей.
— Вот и я о том же. Только куда не двинься — и коня отберут, и по голове настучат.
Начальник провел рукой по щетине, постучал пальцами по валявшемуся под рукой куску черепицы.
— Хотя впервой нам что ли?!
Сергей лишь хмыкнул в ответ.
— Ну, тогда снимаемся.
С этими словами Начальник отполз вглубь чердака, поднялся и, отряхнув колени, направился вниз по приставной деревянной лестнице. Сергей еще раз окинул взглядом окрестности, сложил сошки на винтовке и последовал за командиром. Спустя несколько минут отряд продолжал свой путь, осторожно осматриваясь по сторонам.
Погода портилась. Чем ближе повстанцы приближались к Хэлбруку, тем пасмурнее становилось небо. Словно это сам город управлял тучами и нарочно отпугивал от себя визитеров. Хотя заброшенный городишко наверняка выглядел таким же мрачным даже в солнечный летний день. В этом Нолан почему-то не сомневался.
С каждым шагом всё более различимыми становились признаки запустения и старения. Повстанцев со всех сторон встречали серые угрюмые здания с выбитыми окнами, обесцветившимися вывесками с едва различимыми надписями и горы мусора. Палисадники и клумбы, бывшие когда-то аккуратными, теперь хаотично поросли жестким кустарником.
Дорога была мокрой, местами покрытая широкими лужами, в которых отражались унылые серые облака. Вероятно, недавно здесь был сильный дождь, и, судя по погоде, осадки могли повториться. «Только вот дождя сейчас не хватало», — сказал про себя Нолан, недовольно сморщившись.
Вдоль улицы попадались различные автомобили, точнее, то, что от них осталось. Некоторые улицы были перекрыты баррикадами из ржавых кузовов, один раз попался покосившийся на одну сторону школьный автобус, перегородивший собой целый переулок. Стянутый в кучу транспорт явно служил оборонительным укреплением против монстров и сил вторжения.
Хэлбруку досталось не только от времени и метеоусловий. Стены домов во многих местах пестрели россыпью пулевых отверстий, попадались и пробоины от более внушительных калибров. Некоторые здания были разрушены почти полностью, превратившись в перемолотую груду из кирпичей, кусков железобетонных перекрытий и изломанной мебели. Местами на земле валялись упавшие столбы линий электропередач, опутанные изогнутыми полосками оборвавшихся проводов.
Повстанцы двигались осторожно, готовые в любую секунду отреагировать на внезапно появившуюся угрозу. Город хоть и казался пустым, но расслабляться было нельзя. Многие подъезды жилых домов смотрели на мир темными провалами дверных проемов. Там, в глубине промерзших квартир, могло скрываться что угодно, что-то, с чем хотелось бы столкнуться в самую последнюю очередь. Вернее, сталкиваться как раз не было никакого желания. От слова «совсем». Осознание этого подстегало путников еще внимательнее всматриваться в пустые глазницы окон и дверей, не оставляя при этом неконтролируемых никем зон.