Нолан отвлекся от своих мыслей и взглянул на спутницу.
— Эй, порядок?
— Да, — ответила Крис, — только все это как то… страшно.
— Да уж, — Нолан оглядел поле боя. — Но ведь не мы это начали. Альянс ведь действует на уничтожение. Сначала он истощит наши ресурсы, нас самих, а потом просто раздавит и отпихнет ботинком в придорожную пыль.
— Я понимаю, просто… — Крис вздохнула.
— Просто надо выжить, победить и всё это прекратить, — после недолгой паузы произнес Нолан.
— И всего то, — девушка едва заметно улыбнулась, но ее глаза все равно остались грустными.
— Ну, никто не говорил, что будет легко, — Нолан слега подтолкнул Кристин вбок, отчего чуть сам едва не оступился.
Девушка расплылась в улыбке, будто недавно рядом не было никакой кровавой бойни, будто она не помогала латать раны повстанцам, стонущим от боли у ее колен, будто вокруг не были разбросаны тела погибших врагов, а во дворе не царила разруха.
— Ага, я вижу, — подначила она Нолана.
— Еще не вечер, — подмигнул ей парень, перехватывая поклажу поудобнее.
У дверей их встретил Док, махнувший еще издалека, когда завидел своих товарищей.
— Ну как, братья и сестры? — осведомился Лоренцо, перехватывая часть снаряжения.
— Мы-то в норме, но не всем так повезло, — Нолан махнул рукой в сторону берега.
— Бывает, — задумчиво протянул Доктор. — Но хоть сами живы, и то ладно.
— Нам то что?! Мы ж в тылу были. Вы то как?
— Наши все целы, у полковника есть погибшие и раненые. Повезло нам, если честно.
Внутри витал запах крови и сгоревших пороховых газов. Сами трупы стянули в один угол, чтобы не мешать свободе передвижения. В одной из небольших комнат Макбрайд заметил громоздкий компьютерный терминал, с которого, по-видимому, осуществлялось управление системами безопасности базы, а также взаимодействие с другими подразделениями Альянса. Часть дисплея и панели с кнопками заляпана кровавыми пятнами и подтеками, но это ничуть не мешало неизвестному повстанцу лазить в системе, выколупывая как можно больше полезных данных.
У стены на голом полу сидел человек в форме Гражданской обороны, над которым склонилось двое бойцов. Серая шлем-маска отброшена в сторону. Взору открывалось бледное лицо с полуприкрытыми веками. Человек был сильно ранен, но из последних сил хватался за жизнь. Периодически на лице застывала гримаса боли, а кисть сжималась в кулак.
— Наш крот, — тихо прокомментировал Док, когда троица миновала раненого лже-метрокопа. — В свое время внедрился в эту шайку, не раз давал полезные наводки и сливал информацию, помог выбраться нескольким нашим из передряг, скрывал, как мог, каналы бегства граждан из города. А потом его отряду назначили перевод в другое место. Вскоре после этого он заподозрил угрозу разоблачения. Может, и не было никакой угрозы, откуда нам знать. Но это должно было стать его последним делом перед возвратом в лоно Сопротивления. В общем, без его помощи не взять бы нам эту маленькую обитель Альянса. Такие вот дела.
Из здания в гараж вел короткий, тускло освещенный коридор. Вся команда собралась внутри бокса, окружив два бронетранспортера. Боевые машины, затянутые в темно-серую броню, мирно покоились на черных массивных колесах, укрытых широкими арками. Вытянутый корпус, вмещавший внутри силовое и десантное отделение, напоминал металлический короб или, скорее даже, гроб. Скошенная под углом носовая часть играла роль отбойника, способного разметать на своем пути толпы мутантов и ржавые останки автомобилей. На невысокой башенке торчал ствол крупнокалиберного импульсного пулемета, а сбоку выделялась ракетная установка. БТР не были тяжело бронированными и не могли похвастаться особой вместимостью, но вместе с тем являлись быстрыми и маневренными машинами, не говоря уже о высокой проходимости, чему в немалой степени способствовал солидный клиренс.
— Ласточки, — полковник ласково похлопал ладонью по броне. — Вот только затея у вас немного того, — командир повстанцев покрутил в воздухе пальцами, словно закручивал невидимую лампочку, — сумасшедшая.
— Других пока нет, — спокойно ответил Начальник.
Полковнику Матиасу видимо досталось в схватке. Он слегка похрамывал, на лице виднелось несколько ссадин, а левая рука была перемотана бинтом, на котором проступило маленькое красное пятнышко. Но на бедре все также покоился неизменный револьвер, а в глазах пылал огонь.
Близнецы уже были переодеты в форму солдат Альянса и заканчивали настраивать под себя разгрузочные бронежилеты. Шлем-маски пока не надевали. Рядом лежало еще несколько комплектов, сваленных в бесформенную кучу.