Повстанец увидел несколько прижавшихся к земле людей в обычной одежде, охраняемых метрокопами. «И эти тут», — пронеслось в голове у снайпера.
Неожиданно один из беглецов — худощавый низкорослый мужчина с заросшим лицом — резко вскочил с земли и набросился на «конвоира». Почти синхронно с ним метнулся еще один человек. Беглецам удалось подловить момент, когда метрокопы отвлеклись на протекающий совсем рядом бой. Пленники повалили ГО-шников наземь, не давая тем воспользоваться своим оружием.
Неплохая попытка, но этого оказалось недостаточно. Один из бойцов сил Гражданской обороны ловко освободился от нападавшего, оттолкнул его от себя и выпустил в упор длинную очередь из табельного оружия. На теле пленника появилась кривая цепочка кровавых точек, и мужчина растянулся по земле.
Ко второму метрокопу подбежал напарник и обрушил приклад на голову нападавшего, сбив того на землю. Короткий ствол МР7 уже смотрел в сторону бедняги, когда Сергей выстрелил. Винтовка дважды привычно дернулась в руках, телескопический приклад знакомо, даже как-то по-дружески, толкнул в плечо, и девятиграммовые пули нашли свою цель. Тело сраженного точными попаданиями метрокопа еще не успело коснуться земли, а Сергей уже перенес огонь на следующего противника. Одиночный выстрел, затем парный и еще раз одиночный — оставшиеся два ГО-шника больше не представляли угрозы.
Несколько из оставшихся беглецов — двое мужчин и немолодая женщина — отделились от основной группы и поползли к трупам метрокопов. Они подхватили упавшее оружие и принялись вынимать запасные магазины из подсумков убитых.
— Здесь Красный-1, минус три, наблюдаю группу гражданских, трое с оружием, вступают в бой.
— Красный-1, я — Главный, поддержи их.
— Принял.
Вновь знакомый хлопок, сменившийся тут же оглушительным взрывом. Близнецам опять удалось воспользоваться гранатометом и на этот раз не менее удачно.
— Боеукладка рванула, — раздался в наушнике возбужденный голос Хью. — Минус вторая коробка.
— Не расслабляться! Дожимаем, только осторожно. Не зацепите беглецов.
Радированные повстанцы поочередно откликнулись. Оставшиеся солдаты Альянса оказались зажатыми меж двух огней — неожиданно нагрянувшими повстанцами и чудом освободившимися беглецами. Охотники постепенно превращались в жертву, а бывшая жертва — в разъяренного хищника.
Отчаянная стрельба начала постепенно стихать, пока вовсе не сошла на нет.
— Всем, я — Главный, доложить о состоянии, прием.
— Синие — один легкий, потерь нет.
— Красные — раненых нет, потерь нет.
— Золотые — раненых нет, потерь нет.
— Зеленые, — Нолан зажал кнопку тангенты, — раненых нет, потерь нет, противника не наблюдаем.
— Принял, — отозвался командир. — Без команды позиции не покидать, конец связи.
Один из гражданских подал знак, и отряд осторожно переместился вглубь маленькой деревушки, выставив охранение.
Нолан и Крис всё это время приглядывали за тылом на случай, если окрестные леса прочесывали и другие группы Альянса. А уж начавшее здесь светошумовое представление парень и девушка не могли не заметить. Их чувства были противоречивы. С одной стороны — желание поддержать своих товарищей, не позволить солдатам Альянса перехватить инициативу. А с другой — и без должной боевой подготовки они прекрасно понимали: если с тыла к Начальнику незаметно зайдет необнаруженный ранее патрульный отряд, то на этом можно будет ставить точку. Жирную такую, кровавую точку, знаменующую быстрый конец повстанцев и гражданских, получивших неожиданную надежду на спасение.
Поэтому парень и девушка внимательно всматривались сквозь стволы деревьев и напряженно прислушивались к лесу, стараясь выловить из общей какофонии боя посторонние, опасные для отряда звуки. Но нападать с наблюдаемого направления никто не собирался, и пара дозорных после окончания штурма присоединилась к отряду.
Тяжело было сразу определить назначение группы строений, в которой Альянс настиг беглецов из закрытого города. Несколько небольших деревянных домиков, пара сараев, набитых по большей части какой-то рухлядью, и одинокий сгнивший микроавтобус, который и до Семичасовой войны был давно уже не первой свежести. То ли хутор отшельников, то ли туристическая база, то ли еще что — не разобрать.
Обстановка внутри неизвестного поселения после боя во многом напоминала ту, что была после ночного нападения на форпост Альянса. Единственным, но еще более угнетающим отличием, были труппы беглецов из Сити 12, не дождавшихся такого близкого спасения. Одни были казнены во время захвата солдатами Альянса, другие — погибли в бою во время нападения повстанцев. Были среди них и мужчины, и женщины, и молодые, и старики. Остальные гражданские выглядели грязными и уставшими, но всё же живыми.