- Я не слышала, когда ты вернулся, – в напряжении произнесла Вивьен, едва услышала движение за спиной. Она почувствовала на себе его взгляд, и неловкость, последовавшую за этим. Унизительно было стоять перед ним в одной короткой сорочке, скрывающей тело слишком мало, чтобы находиться под взглядом мужчины. Тем более под взглядом этого мужчины.
- Задержался, - сказал Кью и после недолгого молчания добавил: - Я принес одежду.
Вивьен в удивлении оглянулась и тут же встретилась взглядом с капитаном.
- Интересно, чем вызвана такая забота?
Ответ на этот вопрос Кью и сам не знал, поэтому продолжал смотреть на девушку молча. Днем уверенность в ее присутствии немного вернулась. Вивьен не выдержав взгляда, отвернулась и опустила глаза.
- Вы первые, кого я привез сюда против воли, – сказал Кью. Почему-то не хотелось, чтобы она думала о нем хуже, чем есть на самом деле.
- То есть нам повезло? – она искоса взглянула на него. – Чем, интересно, заслужили?
- Характер, наверное, у меня портится.
- То есть еще есть к чему стремиться?
- Поверь мне.
- Поверить? Может мне еще что-нибудь сделать? – съязвила она.
Взгляд капитана поменялся, уголок губ дрогнул, и Вивьен поспешила отвернуться. Кью усмехнулся про себя – очевидно, она сейчас считает его средоточием зла. Несколько минут прошли в молчании.
- То есть, девушек тут больше нет?
- Есть и большинство я лично привез.
- Ты же сказал…, – недоуменно произнесла Вивьен.
- Они приезжали по своей воле.
- Это невозможно, - девушка недоверчиво покачала головой. – Кто согласиться приехать сюда по собственной воле?
- В лагере живет две из них, может спросить при встрече.
Вивьен охватил озноб. Если девушки добровольно шли на подобное, наверное, их жизнь была ужасна. В попытке отбросить эти мысли, она встала рассматривать принесенную Кью одежду - великовата, но пояс устранит этот недочет. Рубашка из легкой ткани и такая сорочка, как у Вивьен под нее не предполагалась, но переодеваться под пристальным взглядом Кью она не хотела, лучше уж выглядеть нелепо. Первым делом она надела юбку, чтоб скорее скрыть ноги.
- Что стало с остальными людьми, которые плыли с нами? – спросила Вивьен. Их четверых первыми увели с палубы, и дальнейшая судьба команды и пассажиров ей была неизвестна.
- Остались на корабле, - сказал Кью, не уточняя, что на неисправном корабле они все равно бы никуда не уплыли, - не считая двух мужчин, которые захотели служить под моим началом.
- Кто захотел служить под твоим началом? – с ужасом произнесла Вивьен, вызвав ухмылку на лице капитана.
- Я не знаю их имен. Если пройдут стадию проверки, тогда и познакомимся.
- Не могу поверить в это, – протянула девушка.
- Порой в твоем мире творятся не менее ужасные вещи.
Вивьен не стала спорить, доля истины была в его словах, но идею хоть в чем-то согласиться с пиратом отторгало все ее существо. Девушка принялась заплетать косу, поздно вспомнив, что ленты оставила на берегу и, скорее всего, их уже унес ветер, но оставлять волосы распущенными не хотелось.
- А где они сейчас? – продолжила она спрашивать.
- Новички уходят на работы к крепостной стене.
- Тут есть крепостная стена? – не переставала удивлять девушка, вызывая неосознанную щемящую радость в капитане от разговора с ней. - От кого вы защищаетесь здесь на острове?
- Перестраховка от возможных действий северного лагеря.
- Заказ которого ты взялся выполнять? – приподняла бровь Вивьен.
- Да, именно так, – невозмутимо ответил Кью.
Дождавшись, когда девушка закончит заплетать косу, он протянул ей руку.
- Пора возвращаться, идем.
Вивьен прошла мимо, с пренебрежением глянув на предложенную ладонь. Перебравшись через завал из камней, Вивьен различила впереди хижины пиратского поселения, и сердце сжало ледяной рукой.
- Ты говорил, в лагере живут две женщины?
- Да. Сандра и Берта.
- Как они попали к вам?
- Сандра сбежала сюда со своим возлюбленным от тирании дядюшки и его совсем не родственного внимания еще три года назад. Избранник вскоре покинул ее. Возвращаться домой она даже не думала, так и осталась. А Берта приехала не с моим кораблем. Раньше она жила в северном лагере, но там произошла какая-то заварушка, и ей пришлось спасаться бегством. Я позволил ей жить в бухте, когда она попросила об этом.