Первое время Вивьен вздрагивала от каждого шага, опасаясь, что ее заберут в северный лагерь. Постепенно этот страх ушел, приходить за ней никто не собирался, но следом появился другой – а придет ли кто-нибудь вообще? Иногда безызвестность сводила с ума. Она уже была готова на что угодно, лишь бы знать, что с ней будет, чего ждать и к чему готовиться.
Сколько могло длиться плавание Кью? Неделю, месяц, полгода? Надежда, что он вернется быстро, таяла с каждым днем. Спустя шесть недель Вивьен уже смирилась со своей участью и просто ждала. Сама, не зная, чего. Не оставит же он ее тут навсегда? Или оставит?
Не отразился ли ее поступок на судьбах других девушек? Этот вопрос также занимал мысли Вивьен, но никто не отвечал, словно она ничего и не спрашивала, даже во время подачи еды, разносчик смотрел мимо нее. Вивьен стала ощущать себя пустым местом. Почему она не вспомнила о Ванессе в тот вечер? Если Кью захочет выместить злость на ней и остальных девушках? Как она могла думать только о себе? Как могла так беспечно довериться Берте?
Спустя еще время ушли и сожаления о побеге, сменившись злостью. Мерзкий пират, молча уплыл и не посчитал нужным сказать ей хотя бы пару слов. Оставил одну без возможности даже поговорить с кем-либо. Вначале ожидаемую встречу с ним она перестала желать. Кью, в какой-то момент проявивший нежность и заботу превратился в бессердечного пирата. Где-то в глубине сознания Вивьен догадывалась, когда он вернется, их общение будет совершенно другим, вряд ли он вновь будет стараться заслужить ее хорошее отношение. Скорее всего, теперь это придется делать ей.
Вивьен сжала в кулаках одеяло, опустив на него голову. Нет, она еще в трезвом разуме и не станет подчиняться ему, не позволит сделать себя чье-то игрушкой, но как себя вести она еще не придумала. Этот человек способен на все, теперь Вивьен не сомневалась, если она разозлит его еще раз, он, не задумываясь, отправит ее в бордель на этом острове или куда-нибудь еще.
Каждое утро Вивьен начиналось с обозрения причала - это уже стало своеобразным ритуалом. Одно и то же каждое утро: встать, протерев глаза от сна, припасть к окну, увидеть пустынный причал, уйти коротать длинный день. Настолько эти действия стали заученными, что однажды на истечении девятой недели, увидев корабль, девушка по привычке оторвалась от окна и прошла дальше. Когда осознание увиденного пронзило ее мысли, она быстро вернулась к окну и впилась взглядом в корабль, ей не показалось - «Безумие» мерно покачивался на волнах, пока люди сгружали товар на берег.
Половину дня Вивьен простояла у окна, ожидая сама, не зная, чего. Сердце бешено забилось, когда среди команды она узнала Кью. Он медленно ходил по поселению, проверяя, как шли дела за время его отсутствия. Вивьен ждала, что он подойдет к ее хижине, но этого не произошло. Он прошел мимо достаточно далеко, чтобы возможности услышать разговор с одним из членов команды не было, даже не повернул голову в ее сторону.
Проводив капитана взглядом, Вивьен отошла от окна. Разочарование, словно ртуть, отравляло каждую минуту бесконечно тянущегося дня, хотя на что она надеялась? Оставалось ждать, возможно, ситуация прояснится вечером. С этими мыслями она и уснула.
Утром Вивьен первым делом подбежала к окну, испугавшись, что корабль оказался лишь плодом ее воображения, но он находился на прежнем месте. В привычном жесте склонив голову на оконную раму, она стала наблюдать за происходящим на берегу. Вивьен так привыкла к снующим туда-сюда пиратам, что уже не обращала на них внимания. Люди небольшими кучками стеклись к тренировочной площадке. С хижины капитана эта часть плохо проглядывалась, отсюда же сражающихся было видно достаточно хорошо. Безучастным взглядом она следила за происходящим, и только появление Кью заставило ее приподнять голову. Вчера он так и не пришел, заставляя Вивьен теряться в догадках. Он стоял, повернувшись спиной, будто специально делал вид, что не помнит о ней, или, действительно, не помнит.
Некоторое время он наблюдал за поединком, затем сбросив рубашку, вышел в круг. Первое время они с противником ходили по кругу. В глазах Кью появился азартный блеск, когда клинки обнажились, уголок губ дрогнул, неужели ему нравился этот процесс. Оценивая противника, он двигался легко и грациозно, словно в танце, тогда как его рапира, не задумываясь, оставляла тяжелые раны. Вивьен была рада, что находится далеко от разворачиваемых событий, но при этом не могла оторвать от него глаз, следя за каждым поворотом, взмахом руки. Что же творится в его мыслях, побуждает совершать те или иные действия? Она столько раз успела подумать об этом, но не сдвинулась ни на йоту в понимании этого человека.