Выбрать главу

Уильям почему-то был уверен, что это произойдет, поэтому совсем не удивился, когда часть пиратов, измученных бездействием и тревогой, вломились в каюту капитана. Вивьен читала, устроившись на кровати, Уильям, заложив руки за спину, смотрел на безмолвное море. Он не спеша повернулся, внимательно разглядывая незваных гостей и протянул:

- Ну?

- Ты ведь и так все понял, - услышала Вивьен голос из прошлого, но говорящий стоял к ней спиной, не давая узнать себя. Он указал на Уильяма, и к нему тут же выдвинулось четыре человека, оголив сабли. Еще двое остались у дверей.

Капитан не сопротивлялся, пока ему связывали руки. Предпринимать что-либо в одиночку против семерых человек без рапиры, опрометчиво оставленной лежать у кровати, не стоило. Лучше поберечь силы, спокойно оценить ситуацию и действовать в наиболее подходящий момент. Один из пиратов приставил к его горлу саблю, и встретился с ничего не выражающим взглядом капитана. Рука дрогнула, он отвел взгляд, давая понять Уильяму - не все настолько уверены в своих силах, как хотят показать.

- Так мне больше нравится, - сказал главарь, покачивая саблей. Оглядывая комнату, он повернулся в профиль, отросшие борода и волосы делали его мало узнаваемым, но Вивьен уже узнала.

- Герорд?

Вопрос заставил замереть и его и Уильяма. Оба повернули глаза в ее сторону. Второй едва заметно напрягся, первый взял онемевшую девушку за руку.

- Да, Вивьен, я пришел за тобой.

- Как ты тут оказался? – она непонимающе посмотрела на ворвавшихся в каюту людей.

- Я всегда был тут. Всегда был рядом, просто ждал подходящий момент. И мне стоило немало сил наблюдать, что тебе пришлось пережить, но дать о себе знать и поставить все под удар я не мог.

Вивьен вспомнила, как несколько раз взгляд вырывал из толпы знакомую фигуру, но она даже предположить не могла, что это Герорд. Он приобнял ее за плечи, губы искривила улыбка победителя. Вивьен посмотрела на Уильяма, его глаза, вмиг ставшие холодными и безучастными, уже не могли обмануть. Эмоции, кроющиеся за этим взглядом, ей хорошо известны. Только сейчас это уже не имело значения. Вивьен понимала - если хочет отомстить, сейчас подходящий момент. Герорд сильнее сжал ее плечи, переключив внимание на себя.

- Вивьен.

- И какие у тебя планы на дальнейшее? – спросила она, мягко отстранившись.

- Теперь все будет, как прежде.

- Что ты имеешь в виду под фразой – как прежде? – она грустно улыбнулась.

- То, что все будет хорошо, - он сжал ее руку.

- Как прежде – не будет. Нашей труппы больше нет.

Вивьен хотела добавить: «А твое внимание меня уже тогда не радовало» - но сдержалась. Она успела научиться подбирать слова в разговорах с мужчинами и не озвучивать первые пришедшие на ум мысли.

- И это хорошо. Надеюсь, ты избавилась от желания танцевать.

- И какие же желания должны у меня быть?– спросила Вивьен. Уильям, ей показалось, или он, правда, усмехнулся? Она встретилась с ним взглядом, насмешливые глаза капитана словно спрашивали: «Добилась своей свободы, много ожидаемого она принесла?» Вивьен раздраженно отвернулась.

- Я подарю тебе спокойную, счастливую жизнь, – продолжал Герорд, - Признаюсь, я ожидал другую реакцию, когда ты поймешь это.

- Спокойствие и счастье – это хорошо, – Вивьен выдавила горькую улыбку, ни секунды не сомневаясь, что у них разные понятия об этих словах. – И какую же реакцию ты ожидал?

- Ты могла меня хотя бы обнять.

- Я тебе, конечно, благодарна, но между нами ничего не может быть, я сказала тебе об этом еще давно. Ничего не изменилось. И не изменится.

Вивьен вырвалась из его рук и сделала два шага назад, пока мужчина осмысливал сказанное. Потом его лицо исказили сначала непонимание, затем недовольство.

- Я хочу дать тебе шанс жить достойной жизнью, несмотря на то, кем ты была и кем стала, а ты все еще выделываешься?

- Была? Стала? Выделываюсь? – эхом повторила Вивьен. - Вот значит, как ты воспринимаешь меня и мои слова? Прости, я не могу оценить твои порывы осчастливить меня.

Глаза Герорда блеснули, заставив Вивьен вновь попятиться. Раньше он старался держать себя в руках в общении с ней, но теперь ситуация и ее положение изменились, ему давно надоело с ней церемонится.