— Витрина еще не открыта для публики, — подчеркнул Деклан. — Мы подозреваем, что к тому времени как прессу впустят, возможно, через двадцать или тридцать лет, Доминион надеется так отладить систему, что синты, — он покривился, использовав слегка пренебрежительное слово, — не будут даже выглядеть как рабы. А вот процесс приучения этого класса к своему месту они хотят скрыть.
Я покачал головой:
— Я прежде всего не вижу, зачем им нужны рабы.
Отец Деклан положил локти на стол и скрестил пальцы.
— Ну же, Брайан, — сказал он. — Вы выросли там. Рабство — это часть их идеала. ООН не дает им практиковать его, она даже вынудила их прекратить систему подневольного труда, но Доминион рассматривает это как уступку. Иметь мужчин и женщин в качестве слуг — это то, что они рассматривают как свое право. Техника не умаляет этого — психологически это не то же самое, что иметь существо из плоти и крови, неотличимое от человека, чтобы обращаться с ним и злоупотреблять им как угодно.
— Ладно, — сказал я, — я все понял. Но вам придется попотеть, чтобы собрать доказательства. Туда пролезть — как в задницу к муравью.
Священник хихикнул в ответ на мою вульгарность.
— У нас есть план, как это обойти, — сказал он. — Если вы всерьез заинтересовались, я могу растолковать его вам. После того, как вы дадите подписку о неразглашении.
Он выдвинул ящик стола, достал оттуда лист бумаги и подтолкнул его ко мне. Я прочитал. Прямое обещание не раскрывать ничего, связанного с работой, вне зависимости от того, соглашусь я на нее или нет, с устрашающими формулировками о наказаниях.
Я подписал.
— Забавно, — сказал я, переправляя бумагу обратно, — но немного отдает продажей души дьяволу.
Деклан засмеялся:
— С точки зрения Церкви Реконструкции, — сказал он, — то, что вам предстоит сделать, — это полная противоположность.
И он рассказал мне план. Энцефалографические копии всех членов группы, включая его, будут загружены в компьютер. Загрузки будут жить в виртуальной среде внутри маленького очень плотного компьютрониевого корабля, который выведут на орбиту для гравитационного маневра при помощи вращающегося троса Европейского Космического Агентства, чтобы прыгнуть вокруг Венеры, приземлиться на Марсе, проскользнуть в Новый Вефиль, взломать городские системы, сделать новые копии наших личностей и загрузить их в стандартные синтетические тела внутри города. Так мы сможем узнать, как на самом деле обращаются с синтами в Новом Вефиле. Будет обеспечена доставка наших докладов назад на Землю. Что касается нашего собственного возвращения — этот мост нам предстояло сжечь. Самым милым с моей точки зрения было то, что я (во плоти) получу половину всей платы за работу. Остальное разделят между всеми копиями, которые доберутся назад.
— Так значит, после того, как вы снимете копию, я выйду отсюда с сотней тысяч ни за что?
— За вашу душу, — хихикнул Деклан.
Естественно, я на это пошёл. Я знал, что один из я будет сожалеть об этом. И это я сожалел.
— Черт тебя раздери, — сказал я своему первому экземпляру изнутри компьютера. Как мог этот ублюдок сделать со мной такое? Как подло так поступать.
— По крайней мере ты можешь быть уверен, что не попадешь в ад, — сказал мне Брайан Хендерсон.
— Хорошая мысль, — признал я.
— Нельзя этого утверждать, — первый экземпляр отца Деклана прыснул в кулак. — Католическая церковь признает наличие у вас души.
— Церковь Реконструкции не признает, — сказал я, криво усмехнувшись им обоим, стоявшим там в смертной плоти. — И вы знаете не хуже меня, что единственная церковь, которая волновала меня хоть на мгновение, может в конце концов оказаться права.
Ее звали Джинива Ченнинг. Черные волосы, карие глаза, нахальный взгляд. Длинный стеганый пуховик, под ним короткая безрукавка с вырезом, обрезанная джинсовая юбка, голые ноги и ботинки с отворотами. Один большой палец под ремнем ее заплечной сумки, другой заткнут за пояс. Пружинит на одной ноге. Такой я ее впервые увидел. Такой я ее запомнил.
Сначала я подумал, что она проститутка, но она протянула руку и представилась. Проститутки так не делают.
— Уоррен Дач, — сказал я, пожимая ее руку. — И да, я только что вылупился.