Беспокоит. Еще как.
Брякаю что-то лишь снова перейти к единственному вопросу, который меня сейчас интересует.
Однако врач будто не слышит. Игнорирует все, что касается фиксации побоев. Задает то один вопрос, то другой, выясняя детали моего самочувствия.
Сначала отвечаю, а после попросту не выдерживаю.
— Как мне забрать документы?
— Не понимаю, о чем вы.
— Что? — задыхаюсь от шока.
— Мы не проводили никакую фиксацию побоев. Извините, но у меня нет информации по этому поводу.
— Вы что… вы…
Даже слов подходящих не находится.
— Пожалуйста, успокойтесь. Если у вас возникли проблемы, что-то беспокоит, то лучше…
— Понятно, — бросаю. — Значит, поеду в другую больницу.
Тишина.
Даже смотрю на экран, проверяя, не прервался ли вызов. Счетчик минут идет. Звонок не завершен.
— Я бы не советовала вам этого делать, — вдруг доносится до меня.
— В смысле?
— Не думаю, что вам где-то выдадут документы, которые вы хотите, — тихо продолжает она. — Мне жаль.
Теперь вызов все-таки обрывается.
Ну не может же Аверин контролировать все. Каждую больницу. Или… может?
Холод ползет по спине.
А почему нет? Он настолько лихо решил вопросы с ректором. Лично знает главного врача. У него связи, ресурсы, деньги.
Пока что вижу единственный выход.
Вызываю такси. Еду в полицейских участок.
— Добрый день, мне нужно написать заявление.
— Добрый, — скучающим тоном отвечает дежурный, на автомате протягивая мне бланк, а после меняется в лице, увидев то, как я выгляжу. — Вот, вы это заполните для начала.
— Хорошо, спасибо.
Он хмурится, продолжая меня изучать.
— У вас заявление по какому поводу? — спрашивает.
— Попытка изнасилования. Нанесение телесных повреждений.
— Подождите здесь, — приглашает меня присесть. — Сейчас поговорю, чтобы вас раньше приняли.
— Спасибо вам.
Вскоре у меня действительно принимают заявление. Точнее сперва проводят до кабинета, где встречает девушка в форме. Выглядит она не намного старше меня.
— Присаживайтесь, пожалуйста.
Процедура болезненная. Тяжелая. Вспоминать все. Описывать кошмар в деталях, будто переживая те же эмоции по второму кругу.
Но я довожу дело до конца. Чувствую, что поступаю правильно.
10
— Подождите минутку, — говорит девушка, принимающая у меня заявление, и поднимается. — Я скоро вернусь.
Бумаги она забирает с собой.
Что-то недоброе ворочается у меня под ребрами, пока провожаю ее взглядом до двери. Невольно обнимаю себя руками, стараюсь успокоиться.
Я просто слишком взвинчена. Такая ситуация. Такой момент.
А то, что эта девушка сейчас выходит, наверняка часть стандартной процедуры. Необходимо поставить какую-нибудь подпись или…
Ну да. Точно. Подпись как в больнице.
Проходит пять минут. Десять. Пятнадцать. Чем больше времени пробегает, тем чаще смотрю на часы. После вообще от них взгляд не отвожу.
Вздрагиваю, когда открывается дверь, и на пороге показывается та самая девушка.
— Вам придется еще немного подождать. Хорошо?
Вид у нее встревоженный. И тон такой… как будто она извиняется.
Или мои нервы окончательно сдают, потому вокруг вижу подвох?
— Конечно, — киваю. — Подожду.
Выбора у меня все равно нет.
В голове вертятся самые разные сценарии развития событий, но я стараюсь отметать каждый, чтобы лишний раз не усугублять и без того напряженное состояние.
Проходит еще минут десять, прежде чем дверь открывается снова.
— Все, — заключает девушка. — Вы можете идти.
— Моя заявление принято?
— Да, разумеется.
И опять ее выражение лица вызывает тревогу. Не могу объяснить. Просто интуиция включается.
Выходим в коридор. Дальше меня провожает дежурный.
На улице задерживаюсь. Вдыхаю прохладный осенний воздух. Неприятное ощущение усиливается.
Такое чувство, будто за мной следят. Будто ощущаю чей-то пристальный взгляд. Даже механически поворачиваюсь, глядя по сторонам.
Достаю телефон, вызываю такси. Здесь нужно немного пройти. До парковки.
Мой заказ принят, и я прячу телефон в сумку. Но в тот же момент меня с двух сторон подхватывают двое крупных мужчин. Под руки.
От шока не сразу получается закричать. Все происходит слишком быстро. Лишь рефлекторно вырываюсь, вскрикиваю. Но меня практически сразу заталкивают на заднее сиденье машины.
Дверца захлопывается за спиной. Слышится щелчок блокировки.
Поднимаю взгляд.
Аверин-старший.
Он ведет пальцами по своему планшету с абсолютно невозмутимым видом. Словно ничего особенного сейчас не происходит.
А у меня сердце из груди вырывается. Дико колотится в горле. Виски пульсируют настолько сильно, что кажется сейчас от волнения наизнанку вывернет.