Ну это уже совсем.
Вот только прежде чем высказаться, сама смотрю вниз. И это хорошо. Потому что становится понятно, почему Аверин настолько беззастенчиво на меня пялится.
Блузка расползлась так, что теперь никак на груди не стянуть. Ткань слишком тонкая. Разошлась словно марля. Кружевное белье просвечивает. И выглядит это все…
Прижимаю его пиджак к груди, прикрываясь хотя бы так.
Аверин-старший неопределенно качнув головой, отворачивается от меня и смотрит в другую сторону.
Высокий седой мужчина в очках подходит к нему. Улыбается, жмет его руку и говорит:
— Здравствуй, Егор. Давно не виделись. Надолго вернулся или опять проездом?
— Посмотрим, здесь много дел набралось, как пойдет, — отвечает Аверин и опять поворачивается ко мне. — Нужно девушке обследование сделать.
Его собеседник тоже смотрит на меня. Хмурится, а после переводит глаза на Аверина.
— Быстро нужно, — выдает тот ровным тоном, внимательно смотрит на своего приятеля. — У нее глубокий порез на ноге.
— Понял, — кивает. — Сейчас все устроим.
Жестом подзывает одного из врачей. Объясняет все. А я заторможенно осознаю, что лицо этого седого мужчины кажется очень знакомым.
Стоп. Это же главный врач. Помню несколько новостных репортажей с ним. Интервью. Он известный хирург. Занимается важными исследовательскими проектами.
И спокойно общается с… Авериным. По их короткой беседе возникает ощущение, что они давно приятели.
Не складывается все это в одну картину, но я не том состоянии, чтобы долго о таком размышлять.
Аверин уже прощается с главным врачом, а ко мне подходит женщина в белом халате.
— Пойдемте, — улыбается она, жестом приглашая следовать за ней.
Иду по коридору. Сама не понимаю, что заставляет обернуться. Будто незримая сила толкает в плечо.
Аверин позади.
Женщина открывает дверь. Ступаю через порог. Вижу, что Аверин направляется следом.
— Нет, — говорю, встретив его взгляд.
Протягиваю ему пиджак.
Он медлит. Но забирает. Глаз с меня не сводит. И я сама не могу разорвать наш контакт. Будто держит силой.
— Вы… — начинает женщина, вырывая из оцепенения.
— Необходимо снять побои, — вдруг заявляет Аверин.
Окончательно ставит меня в тупик.
Это именно то, что я сама собиралась сделать. Но от него нечто подобное звучит дико.
Он всерьез намерен собрать улики против собственного сына? Или это какая-то недоступная мне уловка?
Женщина молчит.
— Вы сделаете? — спрашивает Аверин.
— Да, — наконец следует ответ. — Разумеется.
На этом все. Дверь закрывается, отсекая от тяжелого взгляда, который ощущается каждой клеткой тела.
Однако вскоре замок щелкает снова.
Выдыхаю, увидев, что это медсестры.
Меня осматривают по полной программе. Задают стандартные вопросы, заполняя анкету. Потом берут кровь. Осматривают ногу, обрабатывают порезы, делают повязку. Каждую травму фиксируют. На запястьях и на бедрах уже проступают отметины от пальцев того уродца, отец которого наверняка до сих пор остается за стенкой.
Аверин-старший никуда не уедет. Он все держит под контролем. И сам сказал снять побои, что плохо укладывается в голове.
В какой-то момент вижу отражение в зеркале. Теперь понятно, почему главный врач хмурился, когда на меня смотрел.
Синяк намечается на пол-лица.
— Вот все необходимые лекарства, — говорит женщина, объясняя, как нужно использовать мазь, потом подает мне несколько упаковок с таблетками.
Одна пачка от головной боли. Другая — успокоительное. А вот еще какой-то гель, который поможет убрать синяки поскорее.
— У вас есть что-нибудь, — запинаюсь. — Какой-нибудь халат? Просто нужно до дома доехать. А я…
— Конечно, сейчас.
Халат нравится мне гораздо больше, чем пиджак Аверина-старшего.
— Все, можете ехать, — заключает женщина через некоторое время, протягивает мне карточку с номером. — Это мой личный мобильный. Если будет что-нибудь беспокоить, то сразу набирайте.
— Спасибо, — киваю, забирая у нее карту. — А документы?
— Документы?
— Фиксация побоев, — говорю это и сама не верю.
Звучит будто не обо мне. В горле пересыхает, и я невольно закашливаюсь. А женщина листает содержимое папки, которое лежит на столе.
— Оформление займет еще некоторое время, — наконец отвечает она, снова поднимая взгляд на меня. — К тому же, понадобится еще подписи.