Тёмный же будто и не замечал косых взглядов ребят, вместо этого навернув круг по мастерской, чтобы найти себе что-нибудь, чем сможет нормально пинать своих новых учеников. Мастерская была завалена всеми видами оружия, доспехов, заготовок для них и еще бог знает чем. Его выбор пал на металлическое древко из сплава ирия с кровавиком: такое точно не сломается в его руках, даже под напором всех пятерых. Вооружившись, Тёмный молча вышел за дверь.
— Чего смотрите? Идите, он не сделает вам ничего такого, чего не сделал бы я, — произнес Элим, заметив, как смотрят на него его друзья.
Сам же парень направился к своему горну — нужно было создать еще двух големов.
Обреченно вздохнув, Иван первый встал из-за стола и направился к выходу. Последняя фраза ничуть его не успокоила. Вслед за ним поднялись остальные и отправились на улицу, где их ждал Тёмный.
Вторая личность сидела на не пойми, откуда взявшемся камне, у самых деревьев леса, рядом с которым располагалась мастерская Элима. Древко лежало на его скрещенных ногах. Его глаза были закрыты, а на груди светился один из символов Системы.
Пару минут парни молча смотрели на него, напрягаясь с каждой секундой все больше: сегодня они увидели как сражается Тёмный и все прекрасно понимали, что даже впятером они ему не противники.
— Ну, давайте спрашивайте, что хотите, — прервал тишину Тёмный, открыв таки один глаз.
Прошла минута, но никто так не произнес ни звука: командиры Бессмертного Оплота с опаской глядели на Тёмного, готовые в любой момент достать оружие.
Самого виновника их беспокойства эта ситуация только забавляла.
— Прежде всего, вам стоит вспомнить, что я появился из личности Элима и, по большей части, то что дорого ему дорого и мне. Вы двое, — Тёмный указал пальцем на Яна со Свейном, — для меня такие же друзья, как и для него. Остальная троица тоже может не беспокоиться, вы мне нравитесь, картежник особенно, у тебя есть стиль. Элиму плевать на это, но вот я оценил.
Голос Тёмного так и сквозил позитивом, вводя в ступор его собеседников. Нынешний Тёмный явно не соответствовал всему, что они слышали про него до сегодняшнего дня.
— Я не надеюсь, что вы начнете мне доверять так же быстро как Элим. Вы еще слишком молоды чтобы понять через какой ад прошел Элим, и я вместе с ним, будучи частью его сознания. Прежде всего, когда станете постарше, века эдак на три то поймете, что в мире не существует таких понятий как хорошо и плохо. Для вас я плохой, ведь я бесчисленное множество раз пытался убить вашего друга в своих безумных попытках свести счеты с жизнью. Но думали ли вы о том скольких Элим убил за свою жизнь, нет, даже хуже, не просто убил, а собрал их души и использовал как источник энергии для сражений, обрекая на бесконечные муки? Сколько миллиардов невинных существ, среди которых были и дети и женщины и старики, он убил, чтобы стать сильнее, чтобы затем убить еще больше. Заслужили ли они такую судьбу? Они ведь даже не знали о существовании человечества. Сколько достойных воинов, тщетно пытавшихся защитить свой народ он уничтожил в погоне за силой? Для них всех Элим являлся олицетворением вселенского зла, монстром страшнее даже демонов.
Слова Тёмного не могли оставить людей равнодушными, если смотреть на все с такой стороны, то Элим действительно монстр, собственно, как он сам всегда и говорил.
— Я не оправдываю своих попыток умереть, стремлением избежать всего этого. Нет, мне плевать практически на всех кого он убил, лишь к немногим из них я испытываю толику сострадания и уважения. Вы слишком мало испытали, чтобы понять в какие муки превратилась жизнь Элима после падения человечества. Вы просто не в состоянии представить какую боль можно испытать и пережить, когда ты силен, и чем сильнее тем больнее будут раны от более сильных противников. В определенный момент в жизни Элима осталось всего две вещи: боль и смерть. Ничего больше. Он убивал, убивал, убивал, пока раны не становились такими сильными, что он не мог драться. В такие моменты он забирался в какую-нибудь дыру, куда ни одно разумное существо не залезет и залечивал свои раны, любыми средствами. В один из таких дней он приставил клинок к горлу, сами понимаете для чего.
Пятеро людей уже забыли об осторожности и сидя прямо на земле, слушали историю жизни своего друга от лица его второй личности. Слушая Тёмного становилось понятно, что сам Элим сильно приуменьшил все те страдания, через которые ему пришлось пройти.
— Не помню точно, сколько времени тогда прошло с падения Земли, вряд ли больше века, — продолжил говорить Тёмный, — когда лезвие уже порезало кожу и пустило немного крови, Элим остановился, вспомнив свои последние моменты на Земле. Вспомнив как двое его друзей сложили жизни, чтобы дать ему время спастись, — Тёмный посмотрел на Яна со Свейном своими искрящимися огнем глазами, — вас двоих, и вспомнил последние ваши слова, вашу последнюю волю.