– Мама, ты куда?! – закричала она. – Не ходи с ним! Он тебя убьёт!
Илья сжал пальцы моей правой руки аж до хруста и потянул вниз.
– Больше никогда не оборачивайся ни на чьи голоса! – приказал он. – Если хочешь вернуться домой, научись игнорировать всех и всё, что специально привлекает к тебе своё внимание. Это растворители. Они растворяют тебя. Самый простой способ подловить тебя в этом мире, это забрать у тебя звуки, а затем резко ими привлечь твоё внимание. Все новички на это покупаются.
– Мама! – орала в спину девочка. – Что же ты творишь? Он специально пришёл за тобой, чтобы отнять твою душу. Не ходи никуда с ним! Ты спала, и надо было спать дальше. Я бы помогла тебе выбраться отсюда. Я Дашка. Просто в этом мире у меня другая внешность. Послушай свою дочь! Меня за тобой послала Райка Шахнецкая.
Я встала, как вкопанная. Меня так и подмывало обернуться.
– Ууу, – завыла я, не зная, что делать.
Сердце моё стучало, что дурное. Оно так дико колотилось, что меня всю трясло. Девочка зарыдала:
– Если ты уйдёшь с ним, я тебя уже не смогу спасти.
Внезапно я почувствовала слабость в ногах. Они подкосились, и чтобы не упасть, я схватилась за перила. В моих ушах появился неприятный звук, словно, кто-то грыз яблоко. Грыз прямо в моей черепушке. Краска на стене возле меня стала очень яркой, у меня появилось такой ощущение, что сквозь стену пробиваются лучи света. И даже очки не защищали меня от этой яркости. Мои глаза заслезились. Я почувствовала неприятную резь в них. Сняла очки и стала тереть глаза.
Лесин схватил меня под руку и потянул дальше – вниз по лестнице. Я уронила очки, но Илья не позволил мне их поднять. Он тянул меня за собой, как непослушного ребёнка, не давая никакой передышки. А она мне требовалась, так как дыхание моё сбилось из-за того, что очень сильно колотилось сердце в грудной клетке. Меня стала одолевать паника. Мне казалось, что я реально сейчас задохнусь.
На одном из этажей мы остановились. У меня сильно разболелась голова, и я очень плохо слышала то, что говорил Илья. Точнее я слышала его голос, но не могла разобрать, что конкретно он говорит, словно он изъяснялся на не доступном мне языке.
Неожиданно Илья влепил ладонью по моему лицу, и я вскрикнула.
– Ты чего?!
– Она тебя всё-таки зацепила, – сказал Лесин. – Знаешь, что, барышня, я тебя здесь оставлю. Зря я пришёл за тобой. Пустота тебя сожрёт, ты очень лёгкая добыча для неё. Легче не придумать. Я не ожидал, что ты такая слабачка. С тобой нет смысла возиться.
– С чего вдруг? – испуганно спросила я. – Чем я хуже других?
– Ты эмоционально слабая. Мы с тобой далеко не уйдём отсюда. Пару метров от этого дома я тебя ещё может и оттащу, но это всё, на что тебя хватит. Пустота сломает тебя и растворит.
– Ты ошибаешься, я справлюсь. Ты плохо знаешь меня.
Лесин замотал головой.
– Я не хочу сгинуть вместе с тобой. А тебя зацепило основательно. И идти тебе дальше, пока не восстановишься нельзя.
Илья шагнул к двери квартиры с номером восемьдесят шесть. Нажал на ручку и потянул на себя.
– Заходи… я оставлю тебя здесь до утра.
– Одну?! – вскрикнула я.
– Да, одну! Я тебе не мамка! – вызверился Лесин. – Я хочу жить, чтоб ты понимала! Я не хочу стать ничем. Я расскажу тебе, что и как надо делать, чтоб выжить в этой квартире до утра. Справишься, я приду за тобой и поведу тебя дальше. Не справишься, уж извиняй. Значит, нечего тратить на тебя время и силы.
– Давай найдём другой вариант, – начала я его умолять. – Не бросай меня здесь.
– Я по опыту вижу, что ты не жилец. Тебя растворят.
– Ты ошибаешься, я справлюсь! Вот увидишь!
Но Лесин не стал меня даже слушать, он втолкнул меня в квартиру и закрыл за собой дверь.
– Заткнись! – рявкнул он. – Не трать мою энергию понапрасну.
Уже по прихожей я поняла, что эта квартира принадлежит богатым людям. Или принадлежала. Шкаф для верхней одежды с зеркальными дверцами. Большущий экран с обратной стороны двери с кучей кнопок, показывающий тех, кто стоит за дверью. Несколько тапочек на тёплом полу. Двери в зал стеклянные с яркими сенсорными рисунками.
Илья завёл меня на кухню и указал пальцем на стул.
– Садись и слушай! – приказал он.
Я села и глазами, полными страха, уставилась на него. В животе появились неприятные ощущения: словно кто-то у меня в матке проснулся и стал колупать её стенки холодными пальцами.
– Если ты сможешь самостоятельно продержаться в ограниченном пространстве, то бишь в этой четырёхкомнатной квартире. Скажем так часов восемь – десять, значит, у тебя есть кое-какая устойчивость к этому миру. Если же эта квартира тебя растворит, то извиняй, слабаков этот мир не принимает. Они ему не нужны.