– Ты давно с этим один на один. С того самого момента, как уткнулась в экран телевизора, который тебя захватил. Просто произошло полное погружение в его реальность. Здесь принцип очень простой. Сейчас миллионы людей живут в виртуальной реальности, отвлекаясь только по нужде в нормальную жизнь. Их сознание уже давно захватили компьютеры, мобильники, планшеты. Есть такие индивидуумы, которые отлить идут, не покидая виртуального мира. Это что-то вроде технического зомбирования. Происходит захват внимания экраном и погружение в сетевую реальность. Тоже самое происходит и с чёрными экранами старых телевизоров, они тоже могут притягивать взгляд и погружать в свою реальность. Как, спросишь ты? Видимо, когда люди смотрят в такие экраны, они что-то там видят. Что-то очень интересное, нестандартное, новое и завораживающее. Что-то, что притягивает их взгляд.
– Глупость какая-то, я не могу представить, что можно увидеть в тёмном экране старого телевизора. Пока по телевизору ничего не показывают, экран его не интересен. Какой смысл смотреть в телевизор, который ничего не показывает?
– А может это происходит так, мы смотрим любимый сериал, серию за серией. Экран поглощает наше внимание и погружает в свой мир. Сам же становится чёрным, но мы всё равно видим то, что хотим видеть. А на самом деле от экрана исходят неуловимые взгляду и слуху сигналы и волны, которые зомбируют нас и утягивают наше сознание внутрь этого экрана. И может даже не просто наше сознание, а целиком наши души.
– Но согласись, сейчас никто не смотрит старые телевизоры! – воскликнула я и резко замолчала.
Я вспомнила маленький телевизор на даче своих родителей. Старый телевизор и ди-ви-ди-проигрыватель. Я вспомнила, как я вставила диск в этот проигрыватель и уставилась в серый экран телевизора с четырьмя чёрными буквами посередине: SONY. Шла загрузка диска. Проигрыватель тупил. А я всё смотрела и смотрела в экран… Ждала, когда же наконец загрузиться диск.
Я хотела посмотреть сериал про похищение ребёнка. Но, я не могу вспомнить, посмотрела ли я его. Я вообще не могу вспомнить, что было после этого. Странно. Я была на даче одна. Вот это я точно помню. Я и телевизор. Я даже свет тогда выключила. А за окном царила ночь, и поблизости не было ни одной живой души.
Я один на один осталась со старым телевизором. И никто не знал, что я уехала на дачу. Муж с детьми проводил отпуск в России, в деревне у своих родителей. А мои предки отдыхали в санатории «Нарочь».
– Ты что-то вспомнила? – спросил Илья.
Я рассказала ему про старый телевизор на даче своих родителей.
– Возможно, это то, что нам надо, – сказал Лесин. – Вот именно от этого зомбирования, я постараюсь тебя избавить. Это большой кусок работы. А чтобы ты могла долго и напряжённо с этим работать, ты должна научиться в этой реальности жить. И причём не просто жить, но и не создавать угрозы для жизней других людей. Садись пока и смотри только на меня. Не отвлекайся ни на что. Просто смотри на меня и мои губы. А я расскажу тебе о реальных случаях, которые я видел лично сам. Я расскажу тебе, как погибали новички, которые, как и ты, были слабы в эмоциональном плане.
Я вновь села на стул и уставилась на Лесина. Как ни странно, но никакие звуки меня не беспокоили. Никто меня не звал, нигде ничего не гремело и не шелестело. Реальность вокруг меня не менялась – вела себя спокойно. Я слышала только голос Ильи. У меня появилось такое ощущение, что он может контролировать окружающее его пространство. Оно не менялось в его присутствии, не проявляло к нему агрессии, считало за своего.
А также меня одолевали сомнения, можно ли доверять Илье. Не привёл ли он меня в эту квартиру, потому что так надо было ему или тому, кому он служит.
Мне надоело постоянно смотреть на его губы, и я тихонечко стала изучать окружающую меня обстановку. Лесин это заметил, но не сделал мне замечания.
Кухня была абсолютно чистой. Ни капельки жира на газовой плите, ни пылинки на холодильнике, напичканном, электроникой. На кухонных столах и шкафчиках ни единой царапинки. Плитка на стене блестела, словно её специально натирали до блеска. Какой-то прибор с кнопками висел над громадным плоским телевизором, занимающим чуть ли не треть стены. Телевизор был очень похож на тот, что мы купили с мужем, и мне сразу показалось, что ему тут совсем не место. Комната маленькая, и смотреть такой большой экран с расстояния максимум одного метра, наверняка было неудобно.
– Последнее, о чём я тебе ещё расскажу, – сказал Лесин. – Это о ловушке Герлиха. Я чудом выбрался из неё. Штука, в которой растворение идёт очень быстро. Тебя начинает кидать из реальности в реальность. То ты стоишь на кухни у холодильника, то сидишь на крыше какого-то дома, то бежишь по улице. У тебя будет такое ощущение, что кто-то переключает каналы твоей жизни. Все места тебе будут совершенно незнакомы.